Онлайн книга «Причина развода: у него другая семья»
|
Боже! Буквально рычу, откинув голову назад. Упрямо и зло сжимаю губы, считаю маленькие кружки вокруг люстры. Лепнина. Это почти убого в своей помпезности, и я такое в интерьере не люблю. Всегда смеялась, а сейчас мне плевать. Если честно, плевать, где жить и на все в целом. Главное — не разрыдаться. Не смей рыдать! Не смей!!! Жду, пока слезы пропадут. Они то накатывают, то испаряются. В последнее время для меня это нормально. Гормоны… По спине ползет тонкий слой колючих мурашек, а рука сама ложится на живот. Я чувствую, как из глубин моего собственного существа что-то издает вибрацию. Как маленький толчок, который я себе, само собой, просто придумала. Это психосоматика чистой воды. Рано еще для таких телодвижений… Около месяца назад Я захожу в квартиру Алены и Игоря спокойно. Открываю дверь ключом, который она мне оставила, потом осматриваюсь. Слабая улыбка трогает мои губы, и в ней есть все — от радости до обжигающего нутро яда. Ну да. Моя задница стоила того, чтобы ее продать… Эта квартира выглядит хорошо. Не рай недвижимости, конечно, как у Вольта раньше… да и сейчас, но тоже очень неплохо. Большая, светлая прихожая с дорогим ремонтом. На полу — чистый мрамор, настоящий. Я помню, как Алена долго его искала. Ей было важно, чтобы он идеально подошел под цвет стен, и у нее получилось. Надо признать, сочетание действительно десять из десяти, но что-то я сомневаюсь, что теперь оно ее радует. Алена — честный человек. Таких, как она, еще называют «слишком правильными». Педантично правильными. Все должно быть по морали, все должно быть на своих местах, а еще безупречно чисто. Ее дом всегда имел репутацию чуть ли не стерильной палаты, и даже с появлением дочери, ничего не поменялась. Алена помешена на чистоте, и я представляю, как сильно ее ломает изнутри банальное осознание, что теперь все, что у нее было, замазано грязью. Наверно, дико чешется над подкорке. В конце концов, все мы — это набор привычек, правил и собственных, моральных ориентиров. Алена не привыкла нарушать свои, она их возносит на пьедестал и живет исключительно по заветам. Думаю, ее картина мира никогда не подразумевала, что у мужа окажутся вот такие вот грязные ботинки, и теперь все рухнуло. Никакого Тенерифе нет. Точнее, остров, само собой, стоит и пышет богатством, просто не для них. Алена забрала Маню и уехала к маме в Тулу. Где Игорь — хрен его знает. На десять дней квартира моя. Если честно, меня даже не волнует, что Вольт увидит своего «шпиона». Правда. Наверно из-за того, что я на подсознании понимаю — он тоже все в своей голове сложил. Как я уже говорила, люди — это набор привычек, а у моего «бла-го-вер-но-го» (ха-ха!) есть привычка оценивать ситуацию здраво. Ему, конечно, стоит поаплодировать. Скорее всего, всему миру нужно рукоплескать! Потому что он здорово сломал себя, когда отпустил меня, но опять же. Вряд ли это было сделано для меня — чистый расчет: никакого разговора у нас не получилось бы, я не готова идти на переговоры или выбрасывать белый флаг. Я готова горло себе перегрызть, но скрыться, а это не то, что ему нужно. Поэтому так. Поводок отпустили. Сняв ботинки, прохожу в квартиру и кидаю сумку на кресло. Из панорамных окон виден весь город, и это очень красиво. Потом я перевожу взгляд на камин, а там в ряд стоят их семейные снимки и очень большой портрет Манечки со смешным ободком и розовым бантиком. |