Книга Фиктивный развод. Не отпущу, страница 69 – Евсения Медведева

— Андро, на твоём пути будут встречаться разные женщины…

— Ты хоть представляешь, как тебе повезло с мамой? — горько усмехнулся Андрей. Его слова были брошены впроброс, оттого больнее было. — Ладно, дело ваше, на то вы и родители. Итак, вернёмся к универу? Серёгу Романова помнишь? Он ещё в том году уехал, говорит, там атмосфера крутая. Парни собираются группами и придумывают что-то новое, интересное! А если выстреливает, то они бабло на всех пилят!

— Ладно-ладно, если уж мама дала согласие, то и я спорить не стану. Но никаких общаг, квартиру я тебе сам найду. Скинь контакты, наведу справки, поговорю с администрацией. Ты не против? — маневрировал по тонкому лезвию, чтобы не передавить на сына и не забрать инициативу. Пусть желает, пусть горит завиральными идеями, а мы ему поможем.

— Хорошо, прямо сейчас отправлю. Пап… Спасибо! — голос сына задрожал. — Я думал, что откажешься.

— Мальчик ты взрослый, разве могу я ограничивать твою свободу? Андро, слушай, а наша мама какие цветы любит?

— Па… Ты че, решил за мамкой побегать? — рассмеялся сын. — Так поздно. Уехала она подальше от нашей семейки шизанутой. И кстати, правильно сделала. Пусть отдохнет, а то последний месяц знатно потрепал ей нервы. А любит она французские розы. Мечтала у дома высадить, чтобы утром любоваться.

— А лилии? – голос потерял звук. Я почти шептал, зажмурившись до белых мушек в глазах.

— Так у неё аллергия…

— А почему я об этом не знал?

— Да мы устали говорить тебе об этом. А потом плюнули бороться с ветряными мельницами и отработали схему. Ты приносишь, а я их на балкон утаскиваю. Сначала парились, маскировались, а потом поняли, что у тебя из-под носа можно корову увести, ты всё равно не заметишь. Так и жили… А ещё у неё аллергия на цитрусы, чесаться начинает и пупырками покрывается, как при ветрянке, — Андро откровенно веселился, оставалось только надеяться, что не надо мной.

— А занимается наша мама чем?

— Работает, пироги печет, торты… Пишет что-то на своём компьютере, а когда кто-то приходит, сразу прячет.

— Ладно, давай, жду контакт. Вечером приезжай, я тебе квартиры покажу, и обговорим условия твоей ссылки.

— А куда приезжать-то? В офис? Или где ты теперь живёшь?

— Андро, что непонятного я сказал? Буду ждать тебя в нашем доме!

— Так… Мама продала квартиру.

— А я купил! — не выдержал и зарычал от бессилия.

Боже, какой я идиот!

Отбросил телефон, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Может, они правы? Может, я пытаюсь удержать Карину только потому, что боюсь однажды проснуться и осознать, что жизнь-то уже кончилась, а вокруг меня лишь одиночество пустой квартиры, повзрослевший сын и давящая тишина?

А что если она уже проснулась и поняла всё это раньше меня?

Если в Карине больше смелости признать неприятную правду, что сколько бы ни маскировать шрам, он навсегда останется рубцом на тканях!

Что если моя маячившая перспектива — уже случившаяся реальность для неё? А если это не истерика, а мольба о помощи? Может, Светка права? Карина застряла на канате без балансирующего шеста и отчаянно пытается выстоять, научиться двигаться и дышать без моей указки?

Ну что я о ней знал? Добрая, порядочная, светлая и веселая?

Так, блядь, вроде маловато для двадцати лет брака.

Раскачивался, пытаясь вспомнить хоть один вечер, проведенный вместе. Ресторан? Море? Нет… Если мы и выходили из дома, то нас всегда окружали друзья, родственники. Моя жена была звездой компаний, царицей застолий и первой заводилой на всех праздниках. Но и это совершенно ничтожно! Я сам ничтожен… Ничего не знаю.