Книга Сломанная любовь, страница 27 – Евсения Медведева

Королёв опустил локоть, которым прижимал Батюка к стене, и отошел, а затем и вовсе руку ему протянул.

— Мир?

— Отвали! – Батюк задумался, но потом всё же ответил на рукопожатие.

— Вот и славненько. Катерина, сама отвезёшь друга? Или помочь?

— Я сама, Мирон… Сама… – Катя утягивала друга на парковку, тревожно оборачиваясь на меня.

— Отлично, с меня мороженое, Царёва.

Я развернулась на каблуках, намереваясь бежать отсюда, куда глаза глядят! Честное слово! Собиралась! Или почудилось мне это, потому что я даже шага не успела ступить, как оказалась прижатой к двери.

— Что ему было нужно от тебя? – Королев прижался щекой, с усилием царапая кожу своей колючей щетиной.

— Королёв, откуда ты, мать твою, взялся? Ты ж, как снег в мае, на голову мою свалился, – шептала, потому что сил произносить звуки не было. – Только вопрос не в том, что ему нужно, а в том, какого хрена нужно тебе?

Королёв прожигал меня своим взглядом, двигался медленно: проскользнул по шее, скулам и остановился на губах.

— Выросла моя девочка, – улыбнулся…

Королев всегда улыбался по-разному. Палитра его улыбок была бесконечна, начиная от презрительной ухмылки, заканчивая безмятежной, при которой появлялись милые ямочки. Вот и сейчас, готова была поклясться, что под щетиной я увидела родные впадинки, которые так любила целовать.

— Пиз*ец, какая красивая стала, – взял пальцами за подбородок, зафиксировал голову, чтобы в глаза смотрела. – Такая вся плавная, женственная, чувственная. Только в походке порочное блядство появилось. Не наигранное, нет. Природное. Потому что жопа стала аппетитная, круглая, без детской угловатости.

Рука его заскользила по спине, замедлилась на открытом участке кожи и упала на задницу, он словно ощутить хотел то, о чём говорит. Волновало его это… Дышал глубоко, тяжело и хрипло. Грудь его вибрировала, на вдохе прижимая меня к двери, а на выдохе неся холод и опустошение.

Не знаю, что со мной произошло, но я сама дёрнулась, припечатываясь к нему поцелуем. То ли заткнула его таким образом, то ли отблагодарила… Дура! Это хорошо, что трезвая я…

— О! Кого я вижу! Мирон?

Мы даже не заметили, как недалеко от нас остановился чёрный «Майбах», окно заднего сидения медленно приоткрылось, выпуская густое облако дыма, в котором прятался мужчина.

— Гера? – рассмеялся Королёв, отпрянул, но руку с задницы не убрал, продолжая то сжимать до боли, то ласково поглаживать. – Какого хрена? Проехать мимо не мог?

— Это у тебя какого хрена телефон выключен? Нужен ты мне, – дверь распахнулась, и из машины медленно, лениво и наигранно вальяжно показался высокий мужчина. Он галантно кивнул мне в знак приветствия, любопытно осмотрел задницу, на которой покоилась рука Королёва, но столкнувшись с его напряженным взглядом, вскинул руки в пасующем жесте. – Спокойствие, только спокойствие, Королёк. Всё понял, принял и впитал. Твоё. Мне поговорить надо с тобой срочно.

— Вот и хорошо. А мне пора, Королёв! – я оттолкнула Королёва и бросилась на парковку, сопровождаемая его громким хриплым смехом. Этот волшебный звук врезался в сердце, оставлял след в нежной душе, а о предательской реакции собственного тела можно было молчать. Молилась, искала в себе силы, чтобы не упасть, не ощущая силы в ногах, щелкала брелком сигнализации, чтобы быстрее найти Катину машину. Та словно ощутила мою усиливающуюся панику и сверкнула габаритами. Так быстро на каблуках я ещё никогда не бегала! Впрыгнула в салон и, забыв пристегнуться, вырулила с парковки, мечтая поскорее оказаться дома.