Книга Его Мишень, страница 87 – Евсения Медведева

— Понятно… Вылетаю я сегодня, поэтому принимай бразды и не запори мне проект Петрова. Птица жирная, а ты мне ещё за мерин должен, – махнул Мирону. Толкнул дверь, наблюдая, как Лёва по-хозяйски воткнул свой телефон на зарядку и уже открыл мой лэптоп. – Доний, друг мой, что опять?

— Телефон сел, Керезь, – шипел он, отчаянно насилуякнопку включения. – Пароль? Гера! Ты меня убиваешь, там такая тёлочка срывается!

— Никаких тёлочек с моего компьютера, – рассмеялся и махнул Нике, чтобы кофе сварила. – Всё хотел поинтересоваться, папа читал тебе лекцию про СПИД, что так смело шагает по миру? Не боишься?

— Ой, Гера, лечи своих дам. А мне дай пароль.

— Нет!

— К Корольку пойду, – Лёва выскочил из кабинета. – Он настоящий друг и не будет мешать моему счастью.

Я смеялся, слушая хриплый рык Королёва, отчаянно защищающего свой компьютер. А ведь если бы не этот придурковатый донжуан, я бы не наткнулся на грустную фотографию Мишель. Как сейчас помню, как застыл в кресле, открыв лэптоп. С экрана на меня смотрела охренительно красивая девушка с абсолютно мёртвым, безжизненным и потухшим взглядом. По телу пробежало стадо мурашек. Рука зависла на крестике, чтобы снести к чертям собачьим аккаунт Дония, что опять брал мой лэптоп и забыл разлогиниться. Вместо этого, я вышел, чтобы не писать от его имени и стремительно зарегистрировался, сам не понимая, для чего мне это. Действовал необдуманно, импульсивно и неожиданно для самого себя. Магнитом тянуло. Я, как чокнутый, сделал скрин её фотографии ровно за мгновение до того, как она снесла её ко всем чертям. Открыл диалоговое окно и написал, даже не представляя, во что выльется простой вопрос.

Шкурой своей ощущал её боль и страдания. Казалось, что она не живёт, а существует, превозмогая боль, сглатывая жалость окружающих. Не подпускала, чтобы ни дай Бог помощь не предложили, потому что могла с дуру согласиться. А нельзя было… Мужа тогда своего предаст.

Взял кофе из рук Вероники, закрыл на замок кабинет и бросил взгляд на часы, прикидывая, сколько у меня времени до самолета.

— Ну, Игорь Витман, расскажи мне свои тайны…

Мишель.

— Привет, Егор! – крикнула я мальчишке, сидящему на искусственном газоне футбольного поля. Он отчаянно шнуровал кроссовки, делая вид, что очень занят, чтобы не пересекаться со мной взглядами.

— Здрасьте, – буркнул парень, но головы так и не повернул. – Вы опять убегаете от кого-то?

— Нет, просто пошла в парк гулять, – перепрыгнула через газон и подошла к оградительной сетке вплотную.

— На ночь глядя? – парень театрально закатил глаза и усмехнулся.

— А что? Думаешь, опасно? – присела на корточки, чтобы рассмотреть его лучше. За пару недель волосы парнишки отросли ещё больше, а на коленях появилась пара свежих ссадин. Изо дня в день выискивала этого не по возрасту серьёзного мальчишку с балкона, сама не понимая, какого чёрта делаю. Он просто поселился в моих мыслях, и дело даже не в жалости, которую так или иначе вызывала его непростая судьба, сколько глаза. Такие взрослые, глубокие и наполненные смыслом. Не было в них лёгкого веселья, как например, у Мишки Королёва, но там было что-то другое. Такое нежное, трогательное и до боли манкое.

— Я думаю, что девчонкам не стоит одним гулять по паркам.