Книга Играя с ветром, страница 20 – Евсения Медведева

— Боже, Ника, прикройся! – зашипел он, выпрямляясь, но не успел. В квартиру уже ввалились мужчины в резиновых сапогах. Отступать было некуда, поэтому мне пришлось прижаться к Левке, чтобы не светить своими прелестями перед посторонними. Уткнулась лбом в его спину и разрыдалась.

— Ох, ни хрена себе, – крякнул мужичок, осматривая образовавшийся сталактит посреди прихожей. – Нехило рвануло, Петрович… Точно стояк.

— Так, мужики, любоваться потом будем, пора исправлять, пока нас всех не смыло.

Лёва бросил тазик, завёл руки за спину, накрыв ими мои ягодицы, и стал по стеночке двигаться мимо сантехников в сторону открытых дверей в спальню.

— Спасибо, – еле выдавила я, проскользнула в комнату, а он с горьким вздохом захлопнул дверь, скрывая меня ото всех.

Запрыгнула на кровать, стянула мокрую футболку и взвыла волчицей! Меня точно прокляли! Я всегда смеялась над нелепостями, что случались с Люськой, грозясь написать роман о её бесконечных «удачных» замужествах и коротких «леваках», очевидно, что судьба решила отомстить мне. Но почему так жестоко-то???

— Ника, а где у тебя…? – дверь распахнулась, и в пороге застыл Лёвка, рассматривая меня уже без всяких там преград. Он широко распахнул глаза и в каком-то животном жесте облизал губы, шаря по мне обжигающим взглядом. – Тебя точно продуло!

Он вошёл, быстро укутал меня в одеяло, смотря одним глазом, и сел на кровать, прижимая к себе.

— Меня не продуло, а прокляли! Лёва! Сначала ты со своими конкурсами, потом потеря памяти, потоп. Дальше что? Извержение вулкана???

— Вероника, я тебе обещаю извержение вулкана, если ты не прекратишь светить титьками, – он резко встал и, не поворачиваясь в мою сторону, прохрипел: – Звони соседям снизу, их нет дома. И ещё, у тебя есть страховка?

— Нет… – всхлипнула я, представляя всю степень беды.

— Понятно, – вздохнул Лёва и снова вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Примерно час по моей квартире ходили незнакомые люди, слышала голоса, крики и забористый мат. Я все же собрала все силы в кулак и надела плотную толстовку с начёсом, чтоб уж наверняка, джинсовые шорты, чтобы не смущать друга, вернее, самой не смущаться от его колючего взгляда.

Сначала было так неудобно, что пока я тут трусливо отсиживаюсь, зализывая обиду, Донию приходится решать проблемы, которые его не должны волновать. Но потом даже расслабилась и выползла на балкон, растянувшись в кресле. Солнце уже взошло окончательно, припекая своими шаловливыми лучиками прозябшую от воды кожу.

— Можно? – поскрёбся в дверь Лёва, когда голоса стихли.

— Да.

— Стояк перекрыт до сих пор, акт составлен, воду вычерпали. Сантехники пыхтят, обещают к вечеру заменить трубы, – отрапортовал, падая в соседнее кресло. Он закурил и устало откинул голову. – Я могу рассчитывать на кофе?

— Левушка, ты можешь рассчитывать даже на завтрак! – бросилась ему на шею, обняла крепко-крепко, утопая в густоте лесной древесины. – Я просто не представляю, что бы я делала одна!

— Гони завтрак, Сквознячок. Скоро привезут осушители, – Лёва шел за мной следом, пока я, зажав ладонью рот, осматривала масштаб катастрофы. Как ни странно, паркет не вскрылся, плашки, выложенные ёлочкой, конечно, в некоторых местах разбухли, но не критично. Правда, обои под замену, да и сморщенное полотно натяжного потолка больше походило на сдувшуюся женскую грудь.