Книга Играя с ветром, страница 71 – Евсения Медведева

— Ты ведьма…

— Я знаю, как меня сжечь…

Мы ещё долго целовались. Медленно, не торопясь, будто планета замерла, лишь бы сохранить это волшебство нежности. А я плакала… плакала… Потому что это просто не могло быть реальностью.

— Бля, – шикнул Лёва, смотря в окно, выходящее на служебную парковку.

— Ой… – мне даже объяснять ничего не нужно было, потому что машины своих бывших боссов я знала, как никто другой. Спрыгнула со стола, опустила юбку, собрала растрепанные волосы в пучок и закрепила карандашом. Мы собирались, как в армии. Быстро, весело переглядывались, понимая, что можно навести порядок в кабинете, но стереть этот предательский румянец с лиц невозможно.

Мы только успели привести себя в подобающий вид, как громогласный голос Германа Львовича раздался из приёмной:

— Деточка моя! Ты где? Не прячься…

— Герман Львович, – распахнула дверь, впуская моё бывшее начальство, – Мирон Михалыч, какими судьбами?

— Всё, собирайся, Ника! – рычал Королёв, осматриваясь вокруг. – Нет без тебя жизни, Ветер. Не офис, а дурдом!

— Ещё чего!

Я застыла, ощущая, как ладонь Дония скользит по моей спине. Но шокировало даже не его внезапная откровенность, а то, как распахнулись глаза Королёва и Керезя, внимательно следящих за смелостью моего нового шефа. А мне стало так стыдно, что повеситься хотелось!

Лёва словно показывал всему миру то, что мы так отчаянно пытались спрятать двумя минутами ранее.

— Значит, не вернёшься? – прошептал Мирон, растирая лицо ладонью.

— Так, мне пора, а вы тут совещайтесь на здоровье, – пропищала и смылась из кабинета со скоростью молнии. Вбежала в общий туалет, спряталась за дверью кабинки и заскулила.

Мне бы радоваться, что он не прячется, не делает вид, что я бездушная вещь в его офисе, но что делать со стыдом???

Села на стульчак, закрыла ладонями лицо, словно даже стеклянная дверь смотрела на меня с осуждением.

Что все сотрудники подумают? Что секретарша прыгнула в постель своего босса?

— Мамочки… Мамочки… – шептала, ярко представляя картинки перешёптываний по офису. Надо возвращаться на своё рабочее место, а Лёва пусть Зину забирает!

И я уже почти решилась вернуться в кабинет, чтобы попроситься обратно, как дверь скрипнула, и тихие женские голоса эхом заполнили дамскую комнату. Я инстинктивно поджала ноги, вслушиваясь в змеиное шипение.

— И что? Выгнал тебя? – защебетал женский голосок.

— Ага! Выставил за дверь, Роз. Как кошку! – а вот этот голос я знала… Дина. Я даже дышать перестала, чтобы не пропустить ни единого слова.

— Дин, ну он тебе ничего не обещал. Ты ж сама на него весь корпоратив вешалась, и в квартиру свою обманом его затащила, так чего ты сейчас волосы рвёшь?

— Потому что он мой! И никакой облезлой гадине я его не отдам. Такая карта раз в жизни падает! Я все поставила на кон, надоела мне эта съёмная комната с соседями-арканами, и их тушеная капуста уже поперёк горла стоит, и в магазин я хочу приходить, чтобы выбирать красивую одежду, а не на ценники пялиться. И я своего не упущу, Роза. Вот увидит, курица… Настанет день, и это я её буковкам учить буду, вот тогда и посмеёмся!

— Ой, Дина… Этот Николай Вероникович в юбке ещё нам всем кровь свернёт, поэтому если ты от неё избавишься, с меня бутылка шампанского!

Закрыла глаза, вспоминая каждого сотрудника. Но у меня была отвратительная память на имена, мама даже шутила, что в детском саду родители на шкафчиках рисовали зверят своим детищам, а моя родительница мне писала имя, потому что по вторникам я была Русалочкой, по средам Золушкой, а в пятницу и вовсе Принцессой.