Онлайн книга «Сдавайся, это любовь…»
|
— Чёрт, я никогда не думал, что когда-нибудь придётся говорить это девушке, – я подбирал слова, до сих пор пытаясь уловить фальшь в её растерянности. Но малыша моя не врала… Она правда сердилась и правда была готова слинять при малейшей возможности. – Люсёк, Ты беременна, – выдохнул я, снова перекинул её руки себе за голову и прижал ладонями за талию к себе как можно крепче, чтобы не сбежала, не исчезла. Видел волну вспыхивающего безумия, промелькнувшую во взгляде, блаженную улыбку, превратившуюся в свирепый оскал, а когда в шею вонзились когти, даже зарычал от неожиданности. — Ну, это уже слишком, Кирилл. Даже для тебя это слишком, – Люся зашипела, а из глаз брызнули слёзы. Они лились градом, делая её взгляд размытым, неясным, рассредоточенным и отстраненным. Она будто пряталась, выстраивала броню, чтобы я не смог увидеть всю боль, что живет внутри моей малыши. Но мне было достаточно ощущения: она стала ледяной, вялой, а пальцы не в силах были сдержать дрожь, уже и не впивались вовсе, а растерянно перебирали волосы на затылке. Люся стала мягкой, как тряпочка… Медленно расслаблялась, растекаясь по мне. Дрожащие губы едва касались шеи, рваное дыхание обжигало, а сбивчивое сердцебиение сливалось в унисон с моим, запуская звенящую тревогу в опустевшей душе. Я аккуратно обхватил ладонями её лицо, утонул в мутных глазах и стал стирать реки слез. Языком собирал соль с губ, целовал уголки, желая сейчас лишь увидеть её улыбку. Каждый её вдох дарил жизнь, а горькая слеза отнимала её… — Ты же знаешь… Кирюш, ты же знаешь… Я не могу… — Люся, мы ждём ребёнка! Глава 40 Люся Я смотрела в его туманные глаза, и поверить не могла… Густая серая мгла искрилась теплом. В них не было смеха, издёвки или даже намёка на шутку. Кирилл был спокоен, серьёзен, а взгляд пронимал до глубины души. Он меня не трогал, не прижимал, а все равно тепло было. Будто в объятиях его грелась, дрожью делилась, испуг отдавала. Беременна… Это слово крутилось в голове заевшей пластинкой. Оно царапало старые раны, бередило то, что давно поросло быльём и притупилось. А сейчас нарывом вскрылось. Казалось, радость замерла где-то под сердцем сжатой пружинкой, которой не суждено выстрелить. Это шутка? Определенно, шутка. Ведь иначе и быть не может! Ждала! Ещё как ждала. Внутри буквально все кричало: «Скажи, что это шутка! Скажи!» Но Кирилл не собирался. Выжидал, когда я отойду от оцепенения, перебирал волосы и улыбался. Его теплые пальцы собирали льющиеся слёзы, нежные родные губы стирали разъедающую соль боли, а ровное дыхание заставляло повторять. Вдох- выдох… Вдох-выдох… — Мы ждём ребёнка, – прошептал Кирилл, прижимаясь лбом. И его слова несли что-то большее, чем жизнь. Они несли смысл. Несли глубину. Несли чувства. Настоящие. Мир перестал существовать. Он схлопнулся плотной капсулой, замыкаясь вокруг нас теплой обволакивающей субстанцией. Время растворилось. Звуки исчезли. И лишь биение его сердце напоминало, что я не сплю. Кирилл покрывал моё лицо поцелуями. Вновь и вновь повторяя саднящее счастьем слово: «Ребенок…». Душа замерла. Все ощущения стали острыми, как лезвие бритвы. Они болезненными штрихами вонзались в мой мир, неся что-то новое. Или уже напрочь забытое. Казалось, по-старому уже не будет. |