Книга Наизнанку, страница 74 – Евсения Медведева

— Эй, нарик! Кто тебе выдал инструмент для самоубийства? — я выхватил сигарету и отвесил другу звонкий подзатыльник. — И это не я ждал Смирнову, а она меня.

— Знаю… знаю… — Илья потирал ушибленное место, изредка посматривая на меня. — Тебя сложно окрутить, а вот я бы встретился еще разок со Смирновой. Не видел ее с выпускного!

— Что, менее приметной машины не нашлось? Обязательно на пробежку нужно приезжать на Мустанге? — сам питал слабость к таким мощным, своенравным и дерзким тачкам, но уж больно они приметные. Пробежался пальцами по отполированному капоту, проскользил по воздухозаборнику, приятная прохлада железа сменялась диким жаром от недавно заглушенного движка. Темно-серый, почти асфальтовый цвет кузова, и абсолютно классическая, широкая полоса цвета металлик пересекала всю тачку, начиная с бампера, заканчиваясь на коротком багажнике.

— Нет, мог, конечно, и на мерсе приехать, но мне на встречу сегодня, поэтому уж извини.

— И давно на встречи ездят на коллекционных тачках? — как можно не наслаждаться подобным творением человека? Это плевок правилам и ограничениям, а уж в этом Мартынов был мастак.

— Нет, совершенно недавно. С сегодняшнего дня, поэтому твоя консервативная ласточка нам не подходит, — Илья закрыл машину, бросив ключи в карман серых спортивных штанов.

— А если серьезно?

— Решил делом заняться, раз уж у меня появились няньки, которые следят за каждым моим шагом. — Мара улыбнулся и медленной трусцой побежал в сторону набережной.

— Так, а теперь поподробнее. Не заставляй связывать тебя. Куда вляпался? — немного постояв, пребывая в легком шоке, побежал за Ильей. Какие могут быть дела у того, кто тратит свое время исключительно на потребление всех благ, созданных человеком, начиная с тачек, заканчивая авторской кухней.

— Никуда! Сами же говорили, что пора за ум браться!

— За что браться? Маара, не смеши! — я обогнал Илью, чтобы посмотреть в его глаза. — Ладно! Молчу! Только расскажи. Давай обойдемся без сюрпризов?

— Решил открыть автоклуб.

— Что сделал? Решил?

— Наскалов, прекрати. Я, может, и исхудал, но сила удара осталась! — Мартынов остановился и сел на мраморный парапет, скрестив руки на груди.

— Ладно. Может, расскажешь, раз уж моя пробежка отменяется?

— У меня есть огромная территория недалеко от города, еще дед дарил на совершеннолетие. Никаких жилых поселков, только удобная развязка и сплошное поле с горами и пригорками.

— И?

— И хочу построить гоночные треки разных уровней сложности. Такого у нас еще нет, да и не только в нашей области. Треков нет, а вот гонщиков предостаточно. Лучше уж пусть гоняют на специальном покрытии, чем на дорогах! Ставки, телки, тачки! Это же рай!

— Мара? Это ты? — я не удержался и стал ощупывать друга.

— Олег, прекрати. Я, конечно, понимаю, что амплуа торчка за мной останется надолго, но ты же знаешь, что я не конченый придурок! — зашипел он, отбиваясь от моих рук.

— Ты с самого детства бредил тачками. Сколько раз мы тырили по ночам шестисотый твоего отца?

— Да, знаешь, мне кажется, что именно тачки держали меня, пока вас не было. Потом пытался Бояра. Теперь ты.

— Раз уж пошла такая пьянка, то я поеду с тобой. Очень хочется посмотреть на твою земельку. Только сначала пробежим. Осталось всего три километра.