Онлайн книга «Бывшие. Она мне (не) нужна»
|
Но Люба права, вся эта возня может очень сильно затянуть процесс, поэтому сейчас мне нужно решить одну большую проблему, а именно – получить доверенность, чтобы никто не мог помешать. Мысли скакали бешеными белками, игнорируя зудящий вопрос: «А что потом?». Для чего мне всё это? Поставить на ноги, чтобы Марина снова развернулась и убежала к своему мужу? Она уже делала это! Только теперь причина у неё куда весомее – у него её ребенок! Черт… Не было у меня ответа. Зато решимости было – хоть отбавляй. Мы вошли сразу через приемный покой, надели бахилы, халаты и побежали по лестнице. Я всё ждал, что нас остановят, что запретят увидеть Марину, но всем было все равно… Мы остановились у палаты, чтобы перевести дух. Лихой потрепал жену, словно делился силой, стойкостью, готовил. И когда Лиса кивнула, я толкнул дверь. Моя девочка спала. Поза неестественная, хоть и руки больше не привязаны. Это, как мне объяснили, спастика, которая при правильной реабилитации может пройти если не полностью, то стать меньше. В кресле за спиной сидела маленькая бабулька, царапающая буквы в сканворде. Она поднялась, поправила тёплое одеяло, проверила капельницу и повернулась. — Лидия Петровна, – она протянула мне руку в знак приветствия. – Я – сиделка. — Очень приятно. Как прошла ночь? Места себе не находил! — Марина накормлена, спать будет ещё минут сорок, – старушка говорила мягко, вкрадчиво, с грустью посматривая на крошечный сжатый комок. – Ей не сиделка нужна. Так вы ничего не добьётесь… — А что ей нужно? – Лиса глотала слезы, двигаясь к кровати по стеночке. — Не спасёт её ни сиделка, ни палата платная, – Лидия Петровна поджала губы и почему-то посмотрела на меня так открыто, как-то мягко и по-родительски, что ли. – Никто её не любит… Ей незачем возвращаться в этот мир. Никому она не нужна здесь, бедняжка… В палате повисла тишина. Тяжелая, неуютная. Старушка, хоть и не специально, но всковырнула корку с глубочайшей раны, которой так много лет, что часть произошедшего стала забываться и затягиваться. И вдруг показалось, что я в прострации нахожусь, в плазме, где нет притяжения, нет чувств, нет обиды. Я просто ничего не чувствую. Рядом люди, которых я ненавидел все эти годы, на кровати женщина, любовь к которой я пытался задушить. А теперь она чужая жена… А рядом с ней всё равно я каким-то образом очутился. Не жизнь, а карта-перевертыш… — А вы поможете мне её искупать? – Лиса ласково прошлась пальчиками по спутавшимся шоколадным волосам, присела на корточки, всматриваясь в лицо Марины. – Привет, красотка… Я пришла, и скоро мы с тобой наведём марафет. Будешь, как раньше, сиять звёздочкой. Ты держись, Мартышка-Маришка, я рядом. У меня сердце разрывалось. Я заставлял себя закрыть всплывающие чувства, эмоции, потому что помнил слова Любы. Только сила духа, решимость и твердая уверенность, что все получится, может помочь ей. Если струшу, если начну биться в сожалении, то ничего не выйдет! Он её погубил! А я сотру в порошок его! Только для начала поставлю на ноги Маринку. Поставлю, и точка! Мартышка моя… Вот тебе моё слово! — Да, конечно, – старушка вдруг смягчилась, словно поняла, что партия любви уже подъехала. – Пойду, договорюсь с сёстрами, чтобы подготовили санитарную комнату. |