Книга Только твоя, страница 36 – Виктория Королёва

А потом вдруг что-то меняется, возможно толчком стало то, что руки прижали меня крепче. Резко распахиваю глаза и давлюсь вздохом, потому что на руках меня несёт Давид.

Выкручиваюсь из рук и буквально спрыгиваю на пол, прижимаясь к стене спиной. В груди взрывается атомная бомба. Испуг настолько сильный, что я озираюсь по сторонам, пытаясь понять видел нас кто-то или нет. Мозг лихорадочно подкидывает разные варианты развития событий. Один хуже другого.

— Что ты делаешь?

Парень хмурится, от чего между бровями залегает глубокая морщина, придавая лицу жестокое выражение, губы плотно сжаты, а в глазах искры. Секунду назад он был ошарашен, а сейчас зол. Безусловно не лучшее завершение вечера.

— Ты уснула.

— Мог бы просто разбудить! Не нужно было делать этого, — злюсь и практически кричу ему в лицо.

Я в панике. Чужой мужчина нёс меня на руках. Мой позор мог увидеть кто угодно! Пока собираю себя из осколков, Давид сжимает руки в кулаках, что здорово настораживает. Хотя, казалось бы, куда больше очевидного!

— Испугалась, что узнает брат?

Одна бровь издевательски ползёт вверх, но во взгляде ни тени надменности, там какой-то арктический холод. Меня обдает им с ног до головы, отступаю по стеночке дальше, делаю это непроизвольно. От парня волнами агрессия, она не может ни пугать. Я всегда боялась, когда папа злился, он совершенно не умеет контролировать эмоции и слова. Молодой парень напротив такой же, а может быть ещё хуже.

Давид прищуривается, окидывает моё лицо взглядом и вдруг приближается вплотную, расставляя руки рядом с моей головой заключая тем самым в кокон. Я гораздо ниже, дышу ему куда-то в шею и это при учёте того, что он немного нагнулся вперёд. Так непозволительно близко, что это уже можно считать изменой. Пытаюсь оттолкнуть, но он как глыба льда, нависшая над утёсом.

Истерика застывает в горле. Дыхание сбивается напрочь.

— Ты назвала меня Арманом, пока я нёс тебя, — тихо одними губами произносит.

Обвинение в его голосе как приговор на расстрел. Ноги подгибаются сами собой. Не дал упасть, подхватил одной рукой прижимая к себе. Его сердце настолько сильно бьётся, что я чувствую его мощь. Давит энергетикой, прожигая дыру в переносице.

— Отпусти…

— А если нет?

Зло и порочно смотрит на мои губы, один быстрый взгляд в глаза, и он очень медленно надвинулся, намереваясь сделать то, что сделать не имеет права! Это какие-то секунды. Секунды на решение. И я его принимаю.

Звонкая пощечина оглушает даже меня, сердце в дребезги, к горлу подкатила тахикардия.

Думала, что смогу выкрутиться, но ни тут то было, сжал рукой так, что стало больно, из глаз брызнули злые слёзы, а он лишь прикрыл свои глаза подавляя внутреннюю бурю. Сдерживается. По лицу проходит судорога, которую он гасит.

В руках лёгкий тремор, уши закладывает от гигантского выброса адреналина.

До меня только сейчас дошло, что я ударила мужчину. Ударила и напугалась. Только следующая реакция, поразила даже меня. Я разозлилась. Если человека загнать в угол, он начинает действовать как зверь — огрызаться и пытаться напасть. Тоже самое происходит и со мной.

Да как он смеет!!! СО МНОЙ ТАК НЕЛЬЗЯ. Это унижение!

— Не смей!

Опалил безумным взглядом чёрных глаз, которые давно заволокла тьма. Толкаю в грудь вкладывая все силы.