Книга Отец моего бывшего парня. Наследник Империи, страница 30 – Даша Литовская

Жадно слушаю каждое ее слово.

— Таня, мне столько тебе нужно рассказать.

Лицо подруги в миг сделалось серьезным.

— Все потом, Маш. Я знаю, как тебе выбраться отсюда. — сурово заявила подруга, пристально смотря мне в глаза. Сердце начинает колотиться быстрее. — Наташка нам поможет. Она отвлечет амбала, отведет его в регистратуру, якобы бумаги подписать. А мы в это время из палаты смоемся. Тут есть черный вход, через него и выйдем. Там уже такси ждет. Я увезу тебя. — девушка говорит почти шепотом, чтобы нас никто не услышал, хотя дверь в палату закрыта и это физически невозможно.

Облизываю пересохшие губы.

— Он все равно найдет меня. — несмело перечу я.

— Не найдет. Я тебя отвезу к Сашке Филатову, он мой старый знакомый. Живет на окраине. Никто искать тебя там не станет.

— А ты? Тебя найдут.

— Я с тобой там поживу, пока все не уляжется. Сделаешь аборт в тихую, он от тебя и отстанет.

Я машинально кладу руку на живот. Таня смотрит на наручные часы. Встает и на цыпочках подходит к двери. Прислушивается.

Минут через пять ее плечи вздрагивают, и она делает мне резкий знак рукой, видимо услышав голоса за дверью. Это значит, что Костя ушел?

Встаю с кровати, быстро обуваю ботинки и подхожу к подруге. От страха глаза расширились, а руки начало немного трясти.

— Сейчас. Идем. — произносит девушка и берется за ручку двери.

— Нет. — я произношу это одними губами, так тихо, что Таня даже не может расслышать. Она уже открывает дверь, и я повторяю громче. — Нет.

Подруга ошарашенно оборачивается ко мне. Ее взгляд не выражает ничего, кроме недоумения.

— Я не могу. — мне становится стыдно, и я опускаю глаза, но все же делаю шаг назад.

— Это может быть твоим единственным шансом. — с нажимом произносит девушка.

— Тань, я не смогу… Избавиться от ребенка. Я и тогда-то… До всего этого, не была уверена, что решусь. А сейчас… Ты не понимаешь какого это. Он уже растет внутри меня. Он живой. Как я могу? — я обессиленно закрываю лицо ладонями, потому что из глаз текут горячие слезы.

Таня вздыхает и подходит ко мне. Обнимает за плечи.

— Милая, там еще и не ребенок даже. — несмело начинает она. — Он еще не сформировался, это всего лишь эмбрион. Ни рук, ни ног, так что…

От этих слов мне резко становится плохо, голова кружится, а к горлу подступает острая тошнота. Как все это мерзко звучит. Какой это мерзкий разговор. Я зажимаю рот рукой и выбегаю из палаты, в поисках туалета. Озираюсь по сторонам и наконец-то нахожу табличку с указателем. Несусь туда со всех ног, и тут же склоняюсь над унитазом, опустошая желудок.

Пробыв в уборной минут десять, я плещу в лицо холодной водой и глубоко дышу. Желудок все еще крутит, то ли это токсикоз начался так рано, то ли просто от нервов. Вспоминаю, когда я последний раз ела и морщусь.

Возвращаюсь по тусклому коридору обратно в палату. Надо объяснить все Тане. Я благодарна ей за то, что она пришла мне на помощь, и возможно стоило бы послушать ее совета, но… Я ведь хотела сделать аборт, потому что прекрасно понимала, что не вытяну ребенка одна. Наверное, ни одна мать не пожелала бы своему малышу расти в нищете. Куда я, без нормальной работы? Без образования? Что мне светит? Работать продавцом в местном ларьке от заката до рассвета? А ребенок куда? Кто мне поможет?