Книга Формула влечения, страница 111 – Ольга Вечная

Но одно я знаю наверняка — теперь там обосновался Данияр. Уж не знаю, как он поместился в моей грудной клетке со своим здоровенным ростом и раздутым эго, но это случилось. И изменило все.

И теперь ко всему прочему меня беспокоит отношение его друзей. Чувствую их общий дискомфорт из-за моего присутствия.

— Как ты справляешься? — нарушает молчание Анита.

— С чем именно?

— Да уж, вопрос получился максимально абстрактным, — неловко прыскает она. — Я надеялась, ты ответишь что-нибудь, и я сориентируюсь. С нагрузкой, наверное. Они ведь все будто с ума посходили, к каждому твоему слову цепляются. Твой бывший активизировался. Да и Лапин сам на себя не похож.

— Да, будучи преподавателем, он казался образованным и справедливым человеком, непривычно видеть в его глазах ни на чем не основанное презрение.

— Деньги.

— Чертовы деньги. Ну их.

Мы чокаемся чашками с капучино и делаем по глотку. Анита улыбается широко и искренне, и я чувствую к ней симпатию. А еще мне ее жаль, как бывает жаль любого человека с проблемами со здоровьем. Тянусь ближе и обещаю:

— Не переживай, я в порядке. Не брошу проект.

Она вдруг сильно смущается, отводит глаза. Бледные щеки окрашивает алый румянец, и я в очередной раз поражаюсь, какая же она светлая и тонкая. Почти прозрачная.

— Извини, — скомкано бормочет. — Поначалу я не относилась к тебе так, как ты того заслуживаешь. Ты очень хорошая.

— Чуть больше, чем светящаяся подопытная мышка? — улыбаюсь без тени злости.

Мышка, за которой они с Ваней скептически наблюдали — вытянет ли роль жены? Интересно, после каждой встречи они потом созванивались, обсуждали мое поведение? Может быть у них есть свой чат? Или даже на четверых?..

— Ты далеко не мышка.

— Мышата настоящие герои, все окей. Они тянут на себе мировую науку.

— А, ты с этой точки зрения. В любом случае, ты намного больше, — ободряюще произносит она.

Ситуация становится слишком душещипательной, и я перевожу тему на что-то безопасное:

— Почему Анита? Я про имя. Звучит красиво, правда, но довольно непривычно. Знаю, по паспорту ты Анна. Мне просто интересно.

— А, это Ева придумала сто лет назад. Ева, это... — она замолкает, подбирая слова.

— Бывшая Данияра? Все нормально, я знаю.

Все знают.

— Да... — она медлит, потом поднимает глаза, и я ободряюще киваю. Хотя у самой дергается нога под столом. — Ева — само воплощение творчества. Ты же видела с ней новый сериал «Любовь навсегда»? Нет? А хоть что-то смотрела?

— Не доводилось.

— Ну и ладно. Когда-то давно мы ходили в одну театральную школу, даже играли в месте в спектакле, и она придумала нам псевдонимы. Как видишь, прицепилось.

— Ты познакомила ее с Даном?

— Да. Надеюсь, без обид? Это было давно.

Смеюсь громко!

— Брось! Меня больше смущает, почему все замолкают, когда я что-то о ней спрашиваю. Словно есть какие-то секреты.

— Ну... — тянет неуверенно, — это же Дан. Он помешан на работе и своих фагах. А знаешь почему? Нет? Когда он был ребенком, мать брала его с собой в экспедиции по всей планете, и он подхватывал вирус за вирусом. Она классная и много делает для планеты, но это было, на мой взгляд, жестоко. Сама работала, а он лежал в больницах в самых разных странах, в том числе беднейших. Насмотрелся, как мрут люди в Индии и Африке. Потом писал диссер вместе с европейскими учеными, они-то его и заразили... хм, лучше будет сказать вдохновили идеей. Когда мы познакомились, Дан был уже фанатиком.