Книга Этика греха, страница 44 – Анна Есина

Булатов встал, прошёлся по кухне взад и вперёд, зачем-то глянул в окно, будто ждал, что увидит во дворе эту шлюху. А потом со всей силы впечатал кулак в дверцу холодильника и мысленно пообещал себе, что покалечит обоих. И её, и его.

* * *

Двадцать минут после возвращения Евы домой

Ева будто со стороны наблюдала за происходящим, сидя на полу в углу между диваном и батареей. Мутный взгляд скользил по разгромленной гостиной. Перевёрнутый журнальный столик, разбитая ваза, разбросанные подушки — всё говорило о разыгравшейся здесь трагедии.

В центре комнаты — два силуэта. Высокий мужчина лет сорока, с широкими плечами и намечающимся животиком, против крепко сбитого юнца с рельефными мышцами. Их лица искажены яростью, в глазах — первобытная ненависть.

Влад накинулся на соперника первым — серия молниеносных ударов, которые муж едва успевал блокировать. Движения Кости были медлительны, неповоротливы. Крицкий кружил вокруг него, словно хищник вокруг добычи, выбирая момент для решающего удара.

Перед глазами крупным планом возникло лицо мужа, искажённое болью и отчаянием. Он пытался контратаковать, но каждый его удар парировался встречным, более точным и сильным.

Влад изловчился провести идеальный удар в печень — муж согнулся пополам, хватая ртом воздух. Следующий удар в челюсть отправил его в нокдаун.

Костя распластался на полу. Минуты две в гостиной царила могильная тишина, прерываемая лишь хриплым дыханием Влада и тоненькими всхлипами Евы. Они обменялись взглядами.

Но тут муж, собрав остатки сил, медленно поднялся на ноги. В глазах полыхнула нечеловеческая ярость.

— Урою! — выплюнул гневно и бросился на любовника жены, но тот, словно танцуя, ушёл от атаки, проводя новую серию сокрушительных ударов.

— Урывалку вначале отрасти, старпёр, — рыкнул Влад и следующим хуком вновь уложил Булатова на лопатки.

Тяжело дыша, встал над поверженным противником. Лицо Крицкого выражало не торжество, а скорее усталость и опустошённость.

— Охота кому-то навалять, я всегда к твоим услугам! — он не удержался и пнул муженька под рёбра. — Ещё раз хоть пальцем её тронешь, тебя, гондона, на год в гипс запакуют.

Он приблизился к Еве, протянул руку.

— Всё, маленькая, всё. Поехали домой. Можешь считать, ты официально разведена с этой мразью.

Она всхлипнула, взялась за предложенную руку, медленно приподнялась, чувствуя, как внутри горит всякий мускул.

— Иди сюда, — нежно увещевал Влад, слегка приобнял, стер со щёк слёзы. — Всё хорошо. Ты со мной. Хочешь что-нибудь забрать отсюда?

Она помотала головой.

— Хорошо, — он снова погладил её по щекам, — тогда возьми документы и едем домой.

Она кивнула, опасливо косясь на мужа, обошла его, выдвинула верхний ящик книжного шкафа, выудила жёлтую папку, сунула подмышку и чуть ли не бегом кинулась к выходу.

* * *

В квартире Влад первым делом отвёл её на кухню, усадил на стул напротив окна, раздел и придирчиво осмотрел лицо.

— Пара ссадин, ничего критичного, — успокоил он и промыл царапины на подбородке и в уголках губ салфеткой, смоченной в перекиси водорода. — Чем он тебя по лицу бил?

— Ладонью, — эхом отозвалась Ева.

— Хорошо, что не кулаком. Говорил же, давай вместе пойдём на этот разговор, — он покачал головой и поцеловал в самый центр рта, чтобы не причинить лишней боли. — Что ты такого ляпнула, что он с цепи сорвался?