Книга Этика греха, страница 72 – Анна Есина

— Перестань повышать голос, Ева Александровна, — тихо отозвался он, — иначе нагну и даже слушать не стану, что и где у тебя болит.

— Вот! — Ева пошла багровыми пятнами от злости. — Ты только об одном думаешь, в какой бы ещё позе меня поиметь. А слабо подумать…

Влад зажал её рот ладонью.

— Сбавь тон, — резко выдохнул в лицо. — Можно обсудить всё и без истерик, правда?

Она взбеленилась окончательно. Укусила его руку и попыталась оттолкнуть от себя.

— Не смей мне указывать, каким тоном разговаривать! — заорала, когда он с шипением отдёрнул ладонь. — Хочу — ору, хочу — ногами топочу. А не нравится — тебя никто рядом со мной не держит!

Ева пихнула его кулаками в твердокаменный живот и опрометью кинулась прочь из опостылевшей избушки. Босиком по влажной траве, усыпанной сосновыми шишками и иголками, не разбирая дороги. В груди всё бурлило от эмоций.

«Полоумная дура!» — Ругала она себя, несясь по широкой дорожке, уходящей вглубь дремучей тайги. «Профинтила всё из-за малолетки, у которого весь мозг в штанах! Кто ты теперь? Была женой, преподавателем этики, благонравным членом общества, а сейчас что? Подстилка для мажора и беглая преступница! Великолепно!»

Рыдания душили. В боку начинало покалывать от быстрого бега. Хотелось упасть на землю замертво и больше ничего не чувствовать. Она так ошиблась…

Влад вырос перед ней, словно из-под земли. Поймал, чтобы она не врезалась в него со всей дури, а потом тут же убрал руки, скрестив их на обнажённой груди.

— Набегалась или ещё пару километров махнём? Можем поискать берлогу медведя.

— Влад… я… — Она задыхалась от быстрого бега, лёгкие горели огнём, а внутренности жгло, точно её поджаривали на вертеле.

— Бей, — внезапно приказал он. — Со всей силы, я не отвечу.

— Что?

— Бей, говорю.

Ева растерялась, посмотрела в зло прищуренные глаза.

Он сам схватил её запястье и ударил себя по щеке. В последний момент она чуть согнула пальцы, и получилось, что оцарапала его подбородок. Крицкий и бровью не повёл, хотя три полосы тут же покраснели.

— Ещё. Давай, по-настоящему, — подначил он. — Кулаком, а не как девчонка.

Она пихнула его в грудь.

— Господи, да что с тобой не так? Какого чёрта ты творишь? — новый тычок костяшками в область солнечного сплетения.

— Я творю? — Влад разыграл удивление и достал из заднего кармана штанов её телефон. — Тогда скажи, с кем ты переписывалась сегодня?

Ева обомлела, с ужасом глянула на мобильный.

— С Костей, — призналась-таки.

— Чудесно, блядь, — он угрожающе усмехнулся. — Тогда бей.

Влад вновь попытался ударить себя её рукой. Она запротестовала.

— Зачем?!

— Затем, моя красивая, что я хочу быть уверен, что ты в состоянии дать сдачи, раз уж решила вернуться к этому мудозвону. БЕЙ!

Если человеку без конца повторять, что он — собака, в какой-то момент он не выдержит и залает. Так вышло и теперь. Ева, не совладав с гневом, замахнулась и крепко приложила Крицкого кулаком в плечо.

— Ещё! — Запальчиво воскликнул он.

Она снова ударила, потом опять и вновь повторила. На пятом или шестом выпаде разрыдалась и спрятала лицо в ладонях.

— Открой мне переписку, — попросил Влад.

Ева всхлипнула, разблокировала экран и отдала обратно.

Влад бегло пролистал её сегодняшние сообщения, потом с лёгкой брезгливостью прочёл сообщения от контакта «Любимый», которые остались без ответа.