Книга Ловелас, страница 13 – Илья Взоров

— Он обещает! — тут же поручился за меня тренер, подмигивая

Женщина повела нас внутрь. В холле пахло воском для паркета и сушеной лавандой. Лестница была крутой и узкой. Миссис Сильверстоун показала мне большую угловую комнату за сто пятьдесят. Потом мансарду. В ней стояла узкая кровать, комод, небольшой стол и стул. Шкафа не было, были крючки на стене.

— Общая ванная на каждом этаже. Курить в комнате запрещено, завтрак включен в стоимость, если спуститесь в столовую до восьми утра.

Я посмотрел на простую обстановку, на железную кровать с лоскутным одеялом. Двести долларов в кармане теперь казались целым состоянием.

— Я беру мансарду, — сказал я, доставая стольник тренера и автомобильные права. Управляющая переписала мои данные, протянула мне тяжелый железный ключ. Тренер Кэссиди хлопнул меня по плечу.

— Обустраивайся, Кит. Послезавтра в шесть вечера жду тебя на тренировочном поле. Твой ящик с формой в раздевалке останется за тобой.

Ну тут тренера ждет большое разочарование. Квотербек из меня, как из говна пуля. Американский футбол я видел только по ящику.

— Не кисни! — неправильно расшифровал мое выражение лица Кэссиди — Мы что-нибудь придумаем. Обещаю!

Они ушли, и я остался один в своей новой “крепости”. Положил чемодан на кровать, подошел к окну и посмотрел на улицу, где солнце медленно вверх, окрашивая небо Лос-Анджелеса в невероятные розовые и оранжевые тона. Я достал рулон календаря, развернул его и прикрепил кнопкой к стене над столом. Моя Мэрилин снова была со мной. И в этот торжественный момент желудок тревожно заурчал, напоминая, что война войной, а обед должен быть по расписанию. Особенно если и завтрака не случилось. Что же… Пора найти местечко, где можно перекусить.

Я похлопал Мерлин по попке, запер дверь и потопал на улицу.

Район, куда меня занесла судьба и тренер Кэссиди, оказался на удивление тихим и уютным, совершенно не похожим на те шумные бульвары, по которым мы ехали. Здесь не было пальм, но и магнолии создавали плотную тень над двухэтажными зданиями из светлого кирпича. Каждый дом был похож на своего соседа — аккуратные палисадники с подстриженными кустами гортензии, деревянные лестницы, ведущие к входным дверям, и обязательный почтовый ящик, похожий на маленький домик для птиц. Пастораль! А ведь через 50 лет, город Ангелов будет набит проститутками, наркоманами, бомжами…

Я вышел на улицу, пытаясь запомнить маршрут. Тротуары были изрезаны трещинами, сквозь которые пробивалась трава, пахло скошенной зеленью и чем-то острым, жареным, что дразнило мой пустой желудок. Проезжали старенькие “Форды” и “Шевроле”, их двигатели работали на низких оборотах, словно не желая нарушать утренний покой. Женщины в простых платьях выходили на крыльцо, чтобы забрать утренние газеты, мужчины в расстегнутых до пупа рубашках поливали газоны. Всё это было настолько обыденно, настолько неспешно, что казалось картинкой из довоенного фильма, снятого на черно-белую пленку. Единственное, что нарушало эту идиллию, так это моя собственная реальность, которая до сих пор не давала мне покоя.

Впрочем, я сосредоточился на мелких задачах. Надо было что-то делать с питанием - желудок даже не ныл, а выл, требуя еды, словно забытая собака, которую оставили надолго без хозяйской заботы. Я шел, принюхиваясь, пытаясь уловить тот запах, который манил меня из глубины района. И вот, наконец, на пересечении Банкрофт-авеню и Тэвиот-стрит, я увидел спасительный огонек.