Книга Ловелас, страница 30 – Илья Взоров

— Привет, парни. Короче по семейным обстоятельствам я пока не смогу учиться с вами. Корабль моих финансов дал сильную течь. Можно сказать пошел ко дну.. Придется пропустить год или два, пока не подзаработаю. Пришел вот вещи забрать и с тренером поговорить.

Я медленно двинулся сквозь толпу, пробираясь к Ларри. Билл, эта гора мышц, преградил мне путь. Он стоял совершенно голый, если не считать защитной раковины и гетр, и смотрел на меня сверху вниз с явным презрением. Ладно, ты мне все-равно сразу не понравился. Я сделал вид, что споткнулся о чью-то сумку, и со всей силы наступил тяжелым ботинком прямо на подъем его голой стопы.

Билл взревел от неожиданности и боли. Его лицо мгновенно налилось кровью, он толкнул меня в грудь так, что я отлетел на метр назад, ударившись спиной о металлические ящики.

— Ты что творишь, урод? — проорал он, тяжело дыша. — Совсем дурной? Если ты больше не в университете, то какого черта ты вообще здесь ошиваешься? Вали из команды, Миллер, пока я тебе шею не свернул. Тебе тут не место, неудачник.

Это было именно то, что мне требовалось. Я не стал оправдываться. Вместо этого я подался вперед и с силой толкнул его в ответ, попав ладонями прямо в широкую грудь. Теперь уже назад полтеле качок.

— Рот закрой, дебил. Ты говеный квотер, да и человек так себе…

Этого Билл мне простить уже не смог.. Он замахнулся и нанес широкий, мощный удар справа, который я принял на предплечье. Качок был силен, но его удары были медленными и предсказуемыми, как движение груженого баркаса. Мы начали обмениваться ударами. Я специально не шел в клинч, давая ему возможность намахаться.

В какой-то момент я увидел просвет и нанес боковой удар левой в челюсть. Но я сделал это нарочно неловко, неправильно сложив кулак. Вместо того чтобы двинуть передними костяшками указательного и среднего пальцев, я ударил всей плоскостью кулака, подвернув кисть так, чтобы основной удар пришелся на мизинец.

Раздался сухой, отчетливый хруст, который, кажется, услышали даже в дальнем углу раздевалки. Резкая, ослепляющая боль прошила руку до самого локтя. Я невольно вскрикнул, но дело было сделано. Билла от этого удара, тем не менее, сново отбросило в сторону. Он пошатнулся, его лицо исказилось от ярости. Он схватил со скамьи тяжелый шлем с металлической маской и замахнулся им, намереваясь размозжить мне голову.

— Назад! — Ларри и еще несколько парней бросились между нами, повиснув на руках у Билла — Хватит!

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в раздевалку ворвался тренер Кэссиди. Его лицо было багровым, а свисток на груди бешено метался из стороны в сторону.

— Что здесь происходит, черт вас побери? — его голос перекрыл шум потасовки. Все расступились прочь — Я слышал крики еще на трибунах! Миллер! Билл! Вы что, с ума посходили? У нас через неделю первая игра сезона!

Начался быстрый и крайне неприятный разбор полетов. Парни стояли по стенам, понурив головы. Билл тяжело дышал, пытаясь скрыть дрожь в руках, а я прижимал кисть к животу, чувствуя, как палец начинает стремительно распухать. Выяснить, кто именно начал первым, было не трудно, но Кэссиди был не из тех, кто долго копается в деталях.

— Мне плевать, кто на кого посмотрел не так! — орал тренер, тыча пальцем то в меня, то в Билла. — Вы ведете себя как кучка долбанных приматов, а не как игроки великой команды! Билл, ты получаешь максимальный штраф и три дополнительных круга после каждой тренировки до конца месяца. Если я еще раз такое повторится — ты вылетишь из команды быстрее, чем успеешь сказать «простите, сэр».