Книга Одержимость Тиграна. Невеста брата, страница 6 – Ася Любич

День рождения матери. Странно, как отец говорит о ней с уважением, когда всю жизнь относился к ней, как к тени. Не помню, чтобы она хоть раз перечила ему, но он не раз давал понять, что её место в семье — лишь заполнять дом.

— Давай не сегодня, — бросаю взгляд на Ермолину, которая копается в книгах, словно ищет среди них спасение. Чуть наклоняюсь, замечая мелькнувшую в вырезе майки грудь.

— Ты забыл, какой сегодня день? Ты должен отнестись с уважением.

Сжимаю зубы.

— Мы будем.

Отключаюсь и тут же возвращаюсь к ней. В ней есть что-то раздражающее — не покорность, нет, а именно сопротивление. Её упорное молчание, взгляд, не встречающийся с моим, вызывают во мне злость и желание раздавить это непокорство.

— Ты закончила?

— Да, — бурчит она, словно пытаясь продемонстрировать свою дерзость.

Но даже её я быстро затолкаю обратно, когда придёт время. Такие, как она, сами не знают, чего хотят. Они могут извиваться, отбрыкиваться, но в итоге подчиняются. Потому что с такими не иначе. Они просто мясо, не более. И как только представится возможность, я ей это докажу.

— Тогда пошли, — забираю у неё сумки, открываю дверь. Она поворачивается, запирает комнату на ключ.

— Отдай.

— Рот не открывай, пока я не скажу. Это будет залогом, пока ты не выкупишь свой долг.

— Как выкуплю?

— Скоро покажу, — подхватываю Ермолину за локоть и тащу к лестнице, по которой мы спускаемся на первый этаж.

Парни принимают её сумки, загружают в багажник. Я замечаю взгляд Ермолиной — настороженный, мечущийся в сторону старухи в халате. Та складывает руки на огромной груди и зло цедит сквозь зубы:

— Так и знала, что она этим закончит. Такая же, как её мамаша была.

Ермолина поджимает губы, в её глазах мелькает боль. Я толкаю её в машину, закрываю за ней дверь. Она тут же отодвигается к противоположному углу, сжимая колени и закрываясь крохотным рюкзаком.

Если бы не Габит с Нарутом, я бы прямо сейчас взял её. Но мне нужно сохранять образ, а значит никто не будет знать, как часто эта девка будет стоять раком в подсобке магазина, отрабатывая долг.

— Ты школу-то закончила?

Она кивает, не поднимая взгляда. Меня это злит. Я хватаю её за подбородок, заставляю посмотреть на меня.

— На меня смотреть, когда я с тобой разговариваю.

— Да, закончила, — отвечает она, пуча глаза, с какой-то скрытой насмешкой.

— Что, и считать умеешь?

— Даже писать свое имя.

Это даже забавляет. Интересно, как долго она продержится, прежде чем сломается. Прежде чем растечётся лужицей у моих ног и будет ползать на коленях, выпрашивая.

Её кожа гладкая, светлая, на бедрах поднимаются тонкие волоски. Интересно, какие они у неё между ног. А может, как последняя шлюха, сбривает всё подчистую?

На планшет приходят документы по грузу, которые тщательно проверяю. Мы тормозим на светофоре. Габит отключает блокировку, чтобы выйти из машины.

Я бросаю взгляд на Ермолину. Она сидит, не шевелится. До побелевших костяшек сжимает кожу рюкзака.

— Давай живее. Мне в порт надо.

— Уже едем, — говорит Габит, закрывая дверь. Машина трогается с места. Я только опускаю взгляд в планшет, как вдруг пассажирская дверь открывается и Ермолина вываливается из машины.

— Сука! — дёргаюсь в ее сторону, хватая воздух в миллиметре от нее.

Она несётся, как вспугнутая лань, уверенно, будто точно знает, куда ставить ноги.