Книга Замуж за шейха. Ломая запреты, страница 22 – Анна Россиус

А если откажет? Не брать же силой?

Только не после того, что она пережила.

Завтра. Мы попробуем завтра.

* * *

Приём проходит ровно так, как мы планировали.

Высокопоставленные гости выказывают своим присутствием поддержку будущему губернатору. А то, что Виктор Водзинский очень скоро им станет, не вызывает теперь ни у кого сомнений.

Глафира держится молодцом, хоть и заметно нервничает. Но что-то мне подсказывает, повод для переживаний никак с происходящим здесь не связан.

Её присутствие рядом постоянно отвлекает. Она прекрасна. И все присутствующие, конечно, это замечают.

К счастью, подойти к ней никто не решается. Потому что моя.

Не уверен, что именно чувствую к этой девушке. Много всего сразу.

Одно знаю точно – кроме меня к ней никто не прикоснётся. И нашим отношениям нужен официальный статус.

В отель возвращаемся ближе к ночи.

Когда нас, наконец-то, оставляют одних, подхожу к Глафире со спины и обнимаю.

— Тебя что-то тревожит. Расскажешь?

Закрытое платье длиной ниже колен должно бы скрывать все девичьи прелести. Но тонкая ткать так соблазнительно облегает стройную фигурку, что едва держу себя в руках.

— Я всё ещё под впечатлением, – она робко улыбается. – И очень устала.

— Ты сегодня блистала.

— Ты знаешь, я не ожидала подобного размаха. Столько народу… и прессы.

Вижу, что-то не даёт ей покоя.

— Характер мероприятия предполагает широкое освещение в масс медиа. Для того, собственно, его и затевали.

— Я не думала, что нас будут фотографировать вместе.

Теперь понятно.

— Это – проблема для тебя?

— Ну… мне нужно будет объясняться с отцом. А для тебя нет?

— Для меня – нет, Глафира.

Объясняться с отцом, ещё не хватало… Теперь главный мужчина в твоей жизни – я.

Снимаю пиджак, расстёгиваю несколько верхних пуговиц рубашки.

Смотрит.

Снова думаю, а надо ли мне это всё? Эта закомплексованная девчушка с кучей тараканов в голове? Со сложной личной историей, от которой я не смогу просто откреститься.

Её же лечить нужно. Заботой, любовью.

Не уверен, что смогу дать ей то, о чём мечтает. Но навязанный жених тоже в этом преуспеет вряд ли. Поэтому, нужно хотя бы попробовать.

Сканируем друг друга взглядом.

Она пытается понять, чего от меня ждать сегодня.

А я? Я жду какую-нибудь подсказку.

Интуиция говорит, чтобы не торопился.

Инстинкты, наоборот, толкают к активным действиям.

— Я к себе, – говорит наконец. – Доброй ночи, Джасим.

Начинает меня обходить, но я перехватываю за талию.

— Сегодня спишь в моей постели.

Джасим любезно позволяет мне побыть одной, перед тем, как…

Как что? Мне что делать сейчас? Переодеваться и идти к нему? Вот уж вряд ли.

Или он сам придёт за мной? Ладно. Будь что будет. Раздеваюсь и вешаю платье. Набираю ванну до краёв и блаженно погружаюсь в горячую воду. Вставляю в уши подсы и включаю музыку.

Не заснуть бы, а то темно, тепло, тихо. Лампа тусклая, больше похожа на ночник.

Я, когда соглашалась ехать со взрослым мужиком в отпуск, понимала же, что ему нужно? Понимала.

Я ему понравилась. Он захотел провести со мной время. Не торопит, проявляет чуткость и заботится. Что показывает его с хорошей стороны.

Джасим настойчив. Но в его поведении нет той нездоровой одержимости, с которой меня преследовал Байсаров. Я теперь не ощущаю опасности рядом с ним.