Книга Никто кроме тебя. Искушение, страница 110 – Анна Россиус

— Потерпи, маленькая… – хрипло проговорил, переворачивая девушку на живот.

— Джордан…

every

Подтянул подушки и подсунул под её живот и бёдра. Несколько секунд любовался маленькой оттопыренной попкой. Развёл, погладил влажные складки и скользнул внутрь.

Девушка громко выдохнула и толкнулась назад, ему навстречу.

Но так, хотя бы, можно было контролировать глубину и интенсивность. Можно, но невероятно сложно.

И снова мерцающие грозовые облака стали стелиться по полу спальни.

Чем ближе Джордан был к разрядке, тем ярче в них искрились вспышки маленьких молний.

Несколько минут медленных, размеренных движений… глухих стонов и сдавленных вскриков… и они без сил упали на постель.

* * *

Джордан еще несколько минут прижимал Лив к себе, поглаживая и успокаивая.

Сбившееся дыхание постепенно восстанавливалось. Ясность мыслей возвращалась.

— Нам нужно поговорить… – прошептал, целуя девушку в висок.

Оливия приподнялась, уперевшись в широкую вздымающуюся грудь. И с прищуром уставилась на мужа.

— О дурацких ограничениях для меня, которые ты выдумал?

— Угу, – он подтянул её к себе, обхватил губами сосок и с силой втянул в рот.

— Ай больно! – пискнула Лив, толкая его в плечо.

— И вот об этом.

Джордан в последний раз легко коснулся её губ и сел на постели.

— Накинь что-нибудь. Не мёрзни.

Менторский тон не понравился Лив. Она скорчила недовольную гримасу, но послушно натянула простынь до подбородка.

Зная непримиримый нрав Оливии, Джордан готовился к трудностям.

Не понимает пока, что им движет – чувство ответственности за молоденькую бестолковую жену и ещё нерождённого ребенка.

Он демонстративно вздохнул и стал надевать джинсы.

— Сейчас покажу кое-что интересное… – улыбнулся ей и подмигнул.

Содержимое латеска хранилось в Аспире. Но самый важный артефакт, который нужно было увидеть Лив, Джордан держал при себе и возил с материка на остров и обратно вот уже несколько дней.

Он подошёл к столу, вынул из портфеля небольшой тубус. Стал крутить его в руках, разжигая искорки любопытства в глазах жены.

— Даже не верится… – протянула Лив, садясь на постели.

Джордан выудил свёрнутый трубочкой холст размером менее альбомного листа, и протянул его Оливии.

Она бережно развернула полотно и озадаченно уставилась на изображение молодой светловолосой женщины с яркими голубыми глазами.

— Это я?

— Да.

— Эта картина была в латеске?

— Угу.

— Но кто мог её туда положить? И зачем кому-то было рисовать мой портрет? Получается, латеск – новодел… Нас что, кто-то разыграл?

— Нет, маленький. Я отдавал картину на экспертизу. Это подлинник начала девятнадцатого века.

— Но.. как?

— Саманта видела тебя, как и всех своих последовательниц, я думаю.

— Невероятно.

Джордан придвинулся к Лив и крепко её обнял.

— Она знала будущее и позаботилась о том, чтобы латеск попал в руки именно мне. На тот случай, видимо, если я сразу не пойму, что ты создана для меня. И Торнтону нужно спасибо сказать, что привёз мне тебя и полез в архив. Неизвестно, сколько бы еще лет латеск пылился среди хлама.

— Ну, он же не просто так полез вдруг, – возразила Лив. – В дневниках Саманты, которые хранились в Дипвуде у Торнтонов, есть подсказки.

Джордан поцеловал её в макушку.

— В голове не укладывается. И что нам со всем этим делать?

Он приподнял девушку и, не снимая с неё простынь, усадил к себе на колени.

— Мы, наконец-то, вместе. Источник проснулся и зовёт тебя. Пророчество сбывается. Всё идёт своим чередом.

— То есть, будем просто ждать?

— Будем просто ждать… – подтвердил Джордан и нежно поцеловал её в губы.

Его ладонь скользнула под ткань и погладила упругий холмик груди. Опустилась ниже и прижалась к плоскому животу. – Будем ждать… когда родится наш ребёнок.

Оливия недоверчиво взглянула на него. Сочувственно улыбнулась… Вот же какой упрямый.

— И как долго? – поинтересовалась она, перебирая пальчиками его густые волосы.

— Восемь с половиной месяцев примерно.

— Что?

Лив сразу поняла, что муж не шутит. Выбралась из его рук и встала, всматриваясь в его сосредоточенное лицо.

Простынь соскользнула на пол. Две большие тёплые ладони обхватили её груди, будто взвешивая.

— Ты беременна, – чуть охрипшим низким голосом проговорил Джордан.

Он погладил подушечками пальцев соски. Притянул девушку ближе и коснулся губами еще плоского живота.

И когда поднял глаза к испуганному личику жены, увидел нечто потрясающее. В самой глубине её голубых глаз, в ярких радужках мерцали крошечные молнии.

Такие же крошечные, как и его ребенок у неё внутри. Который, без всяких сомнений, унаследует феноменальный дар своего отца.

Конец второго тома

Третий том – "Никто кроме тебя. Наваждение"