Книга Никто кроме тебя, страница 108 – Анна Россиус

— Скажи мне, чего ты боишься? За Торнтона?

— Нет. Я вообще не думаю сейчас о нем.

Она на ничтожных пару сантиметров придвинулась к нему. И он подумал, что нужно было сразу ее обнять, еще на пристани. Их близость странным образом действовала на обоих, усиливая притяжение все ощутимее с каждым разом.

— Я везу тебя в Дипвуд. Это их земля, понимаешь? Могу я быть уверен, что ты не бросишься к Торнтонам, стоит только мне снова тебя ненадолго оставить?

— К Торнтонам – нет, – не мешкая ответила она.

Джордан сразу поверил. И испытал невероятное облегчение. Его искренняя улыбка растопила тот ледяной щит, за которым Лив пряталась последние несколько часов.

— Можно? – он наклонился к ее лицу.

И вместо ответа она сама потянулась к его губам, встав на цыпочки и обхватив его за шею.

Оказавшись на пустынной дороге, посреди первобытного ночного леса, я в очередной раз убедилась – стоит Джордану Фрейзеру коснуться, и я становлюсь безвольной куклой в его руках. Но как же приятно чувствовать их на себе.

Хотя, еще пару минут назад меня испугала перспектива оказаться у него на коленях и всего того, что, наверняка, последует за этим. Не потому, что я недотрога или ханжа, вовсе нет. А потому, что на километры вокруг – ни души. И я сейчас в полной зависимости от его настроения, от его отношения ко мне.

Те несчастные студенты тоже, наверняка, не хотели, чтобы Фрейзер их калечил. Однако же, что вышло, то вышло. Они его спровоцировали, и его реакция была вынужденной.

А если я тоже его чем-то невольно спровоцирую?

Он безумно нравится мне. Я хочу, чтобы он касался меня, как тогда, на Покохе. Хочу быть с ним. И в то же самое время, до жути теперь боюсь.

Еще на пристани, оставшись в машине с ним один на один, я решила быть незаметной, насколько это возможно. Сидела молча и пыталась думать о чем угодно, только не о том, что рассказала о Джордане Тея. И не думать о нем вообще. Не смотреть на эти длинные красивые пальцы, крепко обхватывающие руль, которые всего несколько часов назад будоражили мою пылающую в любовной горячке кожу.

Эта смесь желания и страха выбивала меня из колеи. Я не понимала, как теперь себя вести с Джорданом наедине. Наверное, поэтому, стоило ему погладить мой живот, мгновенно выпустила колючки:

— Ты мог бы спрашивать, перед тем как это делать?

— Хорошо. А перед тем, как тебя поцеловать, мне тоже спрашивать разрешения?

О боги. Зачем он говорит о поцелуях? Я и без того борюсь с этим невыносимым притяжением из последних сил. Лучше буду смотреть в окно и помалкивать.

— Я попросил пристегнуться не потому, что не удержусь и наброшусь на тебя прямо в машине. Можешь быть уверена – никакой ремень безопасности не помешает мне оторвать тебя от этого кресла.

Мои пальцы непроизвольно сжали край тонкого свитера.

— И не потому, что неосторожно вожу. В этих местах дорога пересекает оленьи тропы. Животные нередко выскакивают на проезжую часть, и приходится очень резко тормозить. Запомни на случай, если будешь здесь ехать ночью одна.

Вот, пусть лучше рассказывает про всяких зверей.

Чтобы отвлечься от нежеланных мыслей, я стала представлять, как на дорогу в свет фар один за другим выскакивают олени. Не знаю, сколько я их успела мысленно передавить до того, как Джордан резко вывернул руль и съехал на обочину.