Книга Никто кроме тебя, страница 24 – Анна Россиус

Внутренний голос мне подсказывает – если я останусь в Дипвуде, завязну в этой истории по самые уши. Интересно ли мне узнать, что произошло на Гриншеттере пятнадцать лет назад, и что кроется за враждой Дипвудцев с обитателями заповедника? По-прежнему да. Но рисковать собой ради этого нет никакого желания. Значит, мне следует побороть неуемное любопытство, которое едва не довело до беды, и поскорее забыть обо всем. Если мне позволят.

Джордан сказал что-то вроде: «Если ты непричастна, я тебя отпущу». И ведь правда, помучил, но отпустил. Я дома, жива и относительно здорова. Значит ли это, что ко мне претензий больше нет, и я могу спокойно жить дальше?

Размышляя подобным образом, я просушила волосы полотенцем и вернулась в комнату. Чтобы найти халат, потребовалось включить свет – из-за низкой облачности на город быстро опустились сумерки.

Дав себе обещание больше не вмешиваться в то, что меня не касается, я спустилась на кухню, чтобы поесть. Ноутбук поставила на столешницу и пока готовила ужин, поговорила по скайпу с Лэндоном. Может, и стоило ему обо всем рассказать, но я не решилась. Он поднимет по тревоге всю местную полицию, или, чего доброго, примчится сюда. А мне бы не хотелось, чтобы у моего брата появился такой опасный враг.

Пальцы пробежались по клавиатуре, и в поисковой строке появилось имя «Джордан Фрейзер». Та-дааам… Вот он! Сейчас я узнаю, кто он такой!

Мой новый знакомый происходил из старинного состоятельного рода Фрэйзеров. Генеалогическое древо Джордана пестрело именами выдающихся архитекторов, которые можно было увидеть на мемориальных досках множества зданий страны.

Найденная мною биография занимала всего пару абзацев и делала его личность для меня еще более таинственной, нежели что-то объясняла.

Единственный сын Ричарда Фрэйзера, главы крупнейшей в штате архитектурной компании Фрэйзер Арк, с раннего детства имел феноменальные способности к обучению. В 16 лет поступил на Архитектурный факультет Таундсенского Технологического института и с успехом обучался там до четвертого курса, пока внезапно не перевелся на заочное отделение и завершил образование уже дистанционно. Причиной таких перемен послужил таинственный несчастный случай, который, как я поняла, тщательно пытались замять. Несколько ссылок на статьи, освещающие то давнее происшествие, были либо неактивными, либо вели на несуществующие страницы.

Выходит, красивый, талантливый и успешный молодой мужчина, по неведомой причине, вел вот уже несколько лет затворнический образ жизни – избегал публичных мероприятий и редко появлялся перед камерами. Мне подумалось, что оно и к лучшему, учитывая его привычку пытать едва знакомых людей.

Так так, смотрим дальше. Что касается его личной жизни…

Подробности его личной жизни оставались тайной за семью печатями, что еще больше разжигало к нему интерес общественности. Создавалось впечатление, будто Джордана окружал некий мистический ореол власти и успеха, который притягивал людей, в то же время не позволяя подходить слишком близко.

На одном из немногочисленных видео Джордан Фрэйзер представлял инновационный проект экоотеля, работы по строительству которого планировалось в скором времени запустить на Гриншеттере.

Я была настолько очарована низким бархатистым баритоном и проницательным глубоким взглядом карих глаз, что упустила тот момент, когда пресс конференция превратилась в балаган. Как я поняла, камнем преткновения стала земля, отведенная Фрэйзерами под строительство экоотеля. Пытающиеся переорать друг друга журналисты, представители природоохранных организаций и коренного народа тускароров, считающие эту территорию своей, не смогли поколебать самообладание молодого архитектора. Он оставался хладнокровным и излучал спокойствие и уверенность в себе, лишь изредка посматривая на запястье, обвитое кожаным ремешком дорогих часов.