Книга Никто кроме тебя, страница 40 – Анна Россиус

Однако, в свои восемнадцать я давным-давно распрощалась с этими иллюзиями и окончательно утвердилась в том, что волшебство можно встретить только в сказках.

И вот тебе на – взрослый и на первый взгляд вполне вменяемый мужик говорит мне о шотландской магии.

— Или ты прямо сейчас отвечаешь, зачем мы сюда приехали посреди ночи, или я возвращаюсь к квадроциклу.

Я действительно вознамерилась вернуться назад, даже поднялась с валуна, но не успела сделать и шага. Кровь застучала в висках, руки и ноги будто превратились в желе, и я упала в мокрую траву.

Уаэтт помог мне подняться, но сажать обратно не стал – подхватил на руки и молча понес прямо к водопаду.

Много всякого я могла ожидать от этой поездки. Но оказалась совсем не готова к тому, что последовало дальше…

Осторожно поставив меня на ноги, Торнтон стащил с себя дождевик и бросил его в траву у самой воды. Затем опустился на колени и потянул меня к себе вниз.

Совершенно не понимая, что же происходит, я послушалась и села рядом. Прохладные капельки тут же оросили лицо, и мне почудилось, будто мы в густом белом облаке.

— Если я скажу, что это особенная вода, ты мне поверишь? – негромко проговорил Уаэтт, склонился и опустил обе руки в воду.

Я взглянула на него – может он шутит? Вроде не похоже.

— И что в ней особенного?

— Честно говоря – ничем не отличается от любой другой речной воды. Но некоторые люди с давних времен не утратили способность извлекать из привычных нам природных явлений, вроде этого водопада, удивительные для себя возможности.

— Какие возможности? Некоторые люди – это кто?

— Люди, вроде нас с тобой.

Вообще ничего не понятно.

Увидев недоумение на моём лице, он взял мою ладонь в свою и тихо попросил:

— Закрой глаза и сосредоточься на своих ощущениях.

Не став спорить, я попробовала выполнить его просьбу. Отрешиться от всех дум и сомнений было непросто, но у меня это получилось в тот самый момент, когда моя рука опустилась в ледяной бурлящий поток.

В первые секунды хотелось вынуть руки из воды, но Уаэтт не позволил этого сделать. Когда кожа привыкла к низкой температуре, стало даже приятно.

Затем вдруг появилось необычное покалывание в кончиках пальцев – будто кровь сперва застоялась, а потом вновь побежала по венам. Поначалу едва ощутимое, с каждой секундой оно становилось все сильнее. Казалось, речная вода проникает прямо сквозь кожу ладоней и струится выше, к плечам.

Я ошеломленно распахнула глаза, выпустив руку своего спутника, и прошептала в темноту:

— Господи, что это?

Было от чего сойти с ума! Мои ладони искрились мягким голубоватым светом, как если бы были покрыты микроскопическими капельками флуоресцентной краски. Такое же свечение было возле нас в воде. Едва различимое, оно постепенно исчезало.

— Какие-то микроорганизмы? Рачки?

Уаэтт снисходительно улыбнулся и покачал головой.

— Это сделал ты?

Вновь взяв мои руки в свои, он пристально посмотрел мне в глаза.

— Твои зрачки светятся точно так же, как эта вода. Я не ошибусь, если предположу, что это сделала ты.

Я вновь погрузила ладони в воду, но на этот раз не закрывала глаза. Всё в точности повторилось – покалывание в пальцах и зеленовато-голубое сияние.

— Это одно из свойств движущейся воды, видеть и чувствовать которое могут лишь немногие.