Книга Никто кроме тебя, страница 72 – Анна Россиус

— Эта способность есть не у всех декстралов. В нашем роду, из ныне живущих – только у меня. Способность создавать иллюзии в чужом сознании.

Я снова встала и отошла подальше от него, вглубь комнаты, пытаясь собраться с мыслями. Он не стал останавливать в этот раз. Я видела очертания его тела на фоне неярко освещенного луной окна, сама находясь в темноте.

— Все это было только для того, чтобы выудить из меня правду? О Торнтоне?

— Да, – просто ответил он.

— И сейчас ты не уверен, честна я с тобой, или нет?

— Сейчас я знаю точно, что ты с Торнтонами никак не связана. Но у меня есть сомнения по другому поводу.

— Но ты не будешь больше выдавливать из меня откровения пытками?

— Больше никаких пыток, – пообещал он. – Или сюда.

Я замешкалась.

— Разговаривать проще, смотря друг на друга.

Я не сдвинулась с места.

— Неужели ты думаешь, если я захочу что-то сделать без твоего согласия, меня остановят эти несколько метров? – не выдержал он.

Глупо, очень глупо я поступила, притащившись сюда. Думала, что при куче свидетелей мне ничего не будет грозить? И осталась один на один со своим главным страхом. Какой теперь толк обмирать от ужаса, если сила в его руках?

Я нехотя вышла из укрытия и снова устроилась в кресле. В ногах появилась неприятная слабость.

— Между нами что-то было? – я решилась прямо задать главный вопрос.

Кто знает, что еще он мог мне внушить? Имея нулевой опыт общения с мужчинами, я могла, тем не менее, отплясывать залихватский стриптиз у него на кухонном столе. Тонула я, по крайней мере, очень реалистично.

— Когда я занес тебя в свою спальню, у меня не было намерений запугивать или пытать. Я ожидал, что ты безропотно мне все расскажешь. Но вышло иначе. Ты стала яростно вырываться, и я решил – тебе есть, что скрывать.

Меня из жара бросило в холод, начало трясти, как в ознобе. Слыша его ровный, такой спокойный пересказ тех событий, я заново переживала их.

— Ты была почти раздета. Прикасаясь, я ощущал бурные потоки сексуальной энергии в твоем теле. И сопротивлялась, как дикая кошка. Это очень возбуждает, знаешь ли.

При этих словах я не сдержалась и громко выдохнула. Такого мне никто еще не говорил.

— Я хотел тебя, до безумия, – продолжил он обыденно, как мог бы рассказывать о погоде за окном.

— И? – поторопила я, стараясь поскорее проехать неудобную тему.

— Я содрал с тебя ту проклятую рубашку. И ты вдруг потеряла сознание.

Злость придала мне храбрости.

— Дальше.

— Это меня отрезвило. Я отнес тебя в постель, и там, уже при свете, увидел тот большой синяк. Позвонил Йену. Как ты уже знаешь, он врач. И до его приезда поддерживал в тебе жизнь, вводил кое-какие препараты внутривенно. Он быстро приехал, и мы тебя подлечили, так сказать. Всё.

Джордан замолчал, вероятно, ожидая моей реакции. Но я не могла и слова выговорить. А если бы не обморок? Что бы он делал дальше? Продолжил бы, ощущая какие-то мифические сексуальные потоки в моем теле?

Возможно, когда-нибудь позже я спрошу его об этом, если подвернется случай. Только не сейчас. Сейчас мне хочется быть от него как можно дальше.

— Не возражаешь, если я вернусь наверх?

Я поднялась, и, слегка покачнувшись, шагнула в направлении лестницы. Где тут, интересно, включается свет?

— Не возражаю, – ответил он. – Идём.