Книга Никто кроме тебя, страница 76 – Анна Россиус

Джордан взял моё запястье в свою ладонь, и замер. Его дыхание было ровным, и почти бесшумным.

И вот опять это удивительное ощущение. Но если в прошлый раз я находилась в полубессознательном состоянии, то сейчас могу в полной мере прочувствовать воздействие его исцеляющего дара. Боль, действительно, стала уходить. И через несколько минут исчезла совсем. Но внешне, кажется, ничего не изменилось.

— Я думала, что рука сразу начнет заживать! – разочарованно протянула я. Так хотелось волшебства.

— Твоя рука сразу после повреждения и начала заживать, – ответил он менторским тоном, совсем как мой куратор в колледже. – Еще вчера включились механизмы регенерации. Но теперь дело пойдет быстрее, и утром ты заметишь разницу.

— Спасибо, – пристыдившись, прошептала я. – А тебе было больно?

— Я чувствовал то же, что и ты.

— Это просто невероятно.

— Невероятно, на мой взгляд, то, что ты об этом раньше ничего не знала.

Вот и Торнтон никак не может в это поверить, подумала я. Но вслух его упоминать не стала.

— Я выросла в обычной семье, среди обычных людей. Мне всё еще сложно поверить в существование чего-то сверхъестественного.

— Род МакКиннонов – Иннаты, Оливия. Обычными вас уж точно назвать нельзя.

— Бабуля решила об этом молчать, по какой-то причине. А потом – то нападение…

— Мы всё выясним, – пообещал он.– Кто на вас тогда напал. И что с тобой теперь творится.

Я уже открыла рот, чтобы снова спросить, зачем ему это нужно. Но вовремя передумала – сказал же, завтра все объяснит.

— Сможешь сегодня спать, не задевая место ожога? – вдруг спросил он.

— Попробую.

— Тогда не будем бинтовать – быстрее затянется.

И вновь обхватил меня обеими руками. Одна проникла под пижаму и прижалась к моему голому животу. Что за…? Вспомнила, сеанс энергообмена.

— Я постараюсь передать как можно больше. Чтобы тебе хватило хоть на пару суток.

Я заерзала, пытаясь отвоевать себе больше пространства.

— Не шевелись. Вообще можешь подремать.

— Я уже хочу спать.

Он пресёк мои попытки вывернуться и сжал еще крепче.

— Отнести в кровать?

— Нет. Давай лучше здесь.

— Не мешай мне сейчас. И завтра проснёшься хорошо отдохнувшей.

Сил почти не осталось, тело расслабилось само собой.

А последний аргумент и вовсе меня почти убедил его послушаться:

— Если бы я и захотел к тебе ночью приставать, все равно ничего бы не вышло. У меня не останется сил, чтобы проявить должную настойчивость. Так что, следующие несколько часов ЭТОГО можешь не опасаться.

Я сдалась и замерла, облокотившись ему на грудь. Как он проявляет настойчивость, я уже имела возможность испытать на себе. А на что он способен в остабленном состоянии?

Стоп. Что значит «следующие несколько часов»?! А потом что же?

К счастью, размышлять над каждым его словом я была больше не в состоянии. Чувствуя, как тепло, исходящее от его ладони, проникает под кожу и растекается от солнечного сплетения по всему телу, я удобнее устроилась в его руках и, кажется, стала засыпать.

Едва распахнув глаза, я осознала – просыпаюсь в этом месте впервые. Новые звуки незнакомого утреннего леса, серо-зеленая дымка за окном. Влажный, напоенный ароматами хвои и тихоокеанского бриза воздух.

Вдохнув полные лёгкие, я запрокинула руки вверх в попытке потянуться, но не тут-то было. Ощущения такие, будто нахожусь в коконе. Тёплом, мягком, очень уютном.