Книга Станешь моей сегодня!, страница 64 – Анна Россиус

Мы пристально смотрим друг на друга. Она понимает, что моё недоумение – искреннее. И лучезарно улыбается.

— Ооо... ещё как! - Улыбка преображает её красивое лицо. - Симптомы – как по учебнику.

Глава 29 Марк

Софья быстро нашла общий язык с Мирославой. Они очень сблизились. И ту неделю, что невеста Виктора пробыла в столице, виделись почти каждый день.

Она продолжала работать. Но теперь не дожидалась, когда я закончу дела, как обычно. А уезжала домой не позже шести. Проводила вечера с Мирой, встречалась с "просто другом" Алексеем. А на выходные и вовсе умотала к папе в Подольск.

Столько нервов мне за эти дни истрепала.

Бесконечные претензии, упрёки. То я не обращаю на неё внимания. То, наоборот, мне нужен только секс. Раньше говорила, что не хочет от меня детей. Теперь же ей нужна настоящая семья. Что значит "настоящая" и что не так с нашей? А никто не знает, включая саму Соню.

Давай планировать свадьбу? Не хочу, потом...

Что-то происходит с ней, но я никак не могу понять, что именно. Нервная, несдержанная. Настроение меняется по двадцать раз на дню.

Мне это её состояние, в конце концов, передалось, и мы поссорились.

— Я не хочу с тобой лететь!

— А еще что ты не хочешь со мной?! – взрываюсь.

Пытаюсь поцеловать, но она яростно отталкивает.

Такая злость берёт! Она, в сочетании с сексуальным напряжением, толкает на опрометчивые поступки.

Валю Софью на диван и рву тонкое домашнее платье прямо на ней. Вжимаю запястья в подушки и раздвигаю её бёдра коленом, втискиваясь между ними.

— Ты снова не подпускаешь меня к себе! И снова без объяснений! Ладно, конечно я готов терпеть, ели тебе плохо, настроения нет или еще что... Но ты же опять играешь в какие-то игры со мной! Спрашиваю еще раз – в чем дело?!

— В тебе!

— Конкретнее!

Молчит. Обхватываю губами грудь. Заводит жутко, хочется ворваться сразу, без всякой прелюдии. Но это не наш вариант.

— Конкретнее?! Глаза разуй!

А я уже всё, не способен мыслить здраво. Так сильно соскучился, так хочу её.

Впиваюсь в розовые пухлые губы. Мне кажется, что начинает отвечать.

Веду рукой по плоскому животику вниз, раздвигаю её, глажу осторожно. Моя любимая малышка, она такая хрупкая.

Хочется быть еще ближе. Спускаю брюки и прижимаюсь, наконец.

Кровь бешено стучит в висках. Пульс зашкаливает. Я на пределе.

— Нет!

Чёрт. Убираю руку, которой удерживал её запястья. Соня тут же упирается в мои плечи.

— Что, месячные?

— Да, – выпаливает, задыхаясь.

— Тогда ротиком...

Снова бросаюсь на неё. Облизываю грудь, легонько прикусываю сосок...

И получаю коленом в пах. Не сильно, но вполне отрезвляюще.

* * *

Последнюю ночь перед вылетом провёл у Водзинского. Приставил к Софье двух охранников, которые попеременно будут сопровождать её везде. И улетел в Белоярск один.

Сердце теперь не на месте. Но и силком тащить её с собой смысла нет.

Мы созваниваемся несколько раз за день, разговариваем сухо. Она односложно отвечает на мои вопросы. И я приказываю парням докладывать о каждом её шаге.

На следующий же день получаю неутешительный отчёт – Алексей встретил Софью с работы. Она – будто заплаканная. Он – очень встревоженный. Поехали, судя по адресу, на прежнюю квартиру к Сониным подружкам.

Решаю позвонить в очередной раз, хоть чувствую себя ревнивым дураком.