Книга Берлинский гейм, страница 9 – Лен Дейтон

— Старая история, – сказал я.

— Мы его завернули, – сказал Крайер. Я заметил, что он говорил «мы». – Снабдили кое-какой информацией и приказали вернуться и разыграть из себя оскорбленную невинность. Дали инструкцию сотрудничать с ними.

— Вы обеспечили его информацией?

— Фамилии тех, кто уже бежал, давно не используемые явки… а также разные отрывочные сведения, благодаря чему Брамс Четвертый должен показаться КГБ человеком вне подозрений.

— Но они арестовали Буша, который меня укрывал.

Крайер допил наконец кофе и вытер губы матерчатой салфеткой, взяв ее с подноса.

— Двоих из вас мы потеряли. Для столь кризисной ситуации не так плохо – двое из трех. Буш вернулся домой, чтобы забрать коллекцию марок… Это надо же! Что делать с таким человеком?! Конечно, они упрятали его в тюрьму.

— Коллекция марок, вероятно, его сбережения за всю жизнь.

— Возможно, так оно и есть. Так что, Бернард, его упекли. С такими свиньями – больше ни малых шансов. Я знаю, ты знаешь, и он тоже знал.

— Так вот почему наши полевые агенты не любят Брамса Четвертого!

— Все думают, что он информировал КГБ о наличии сети в Эрфурте.

Крайер пожал плечами.

— Что оставалось делать? Нам едва удалось убедить своих, что мы придумали эту версию, чтобы Москва считала его персоной грата.

Дики направился к бару и налил немного джина в большой стакан.

— Побольше джина и не слишком тоника, – попросил я.

Крайер взглянул как-то неопределенно.

— Если это для меня, – добавил я.

Значит, допустили грубый просчет. Дали Брамсу Четвертому инструкцию рассекретить старый адрес Буша, а бедняга вернулся туда за своими марками. И попал прямо в руки агентов Лубянки.

Дики добавил в бокал еще немного джина, аккуратно опустил туда несколько кубиков льда. Принес мне вместе с бутылочкой тоника, коим я не воспользовался.

— Тебе незачем дальше возиться с этим делом, Бернард. В Берлине ты задачу выполнил. Сейчас этим займутся другие.

— Ему угрожает опасность?

Шеф вернулся к бару, выбросил в корзину пробки от бутылок и соломку, закрыл дверцы и сказал:

— Тебе известно, какого рода сведения поступали от Брамса Четвертого?

— Экономическая информация. Он работает в восточногерманском банке.

— Он – наиболее тщательно скрываемый нами источник информации во всей Германии. А ты – один из немногих, кто когда-либо видел его в лицо.

— Почти двадцать лет назад.

— В работе он использует почту. Посылает только по местным адресам, чтобы избежать цензуры и обмануть низшие органы безопасности. Он направляет материалы различным людям, входящим в сеть, возглавляемую Брамсом. В чрезвычайных обстоятельствах оставляет в тайниках. И только. Никаких микроскопических точек, случайных встреч, никаких кодов, микропередатчиков, тайнописи. Все по старинке.

— И очень надежно, – сказал я.

— Да. Так было до сих пор, – согласился Дики. – Даже я не имею доступа к досье Брамса Четвертого. Никто о нем ничего не знает, кроме того, что он добывал данные откуда-то с самого верха. Все, что мы можем сделать, так это строить догадки.

— И ты догадался, – сказал я, зная, что Дики так и так скажет мне об этом.

— От Би-Четвертого мы получаем сведения о важнейших решениях банка «Дойче инвестиционис». А также из банка «Дойче бауэрн». Эти государственные конторы выдают долгосрочные кредиты для промышленности и сельского хозяйства. Оба контролируются банком «Дойче ноте-банк», через него идут переводы денег, платежи и совершаются клиринговые операции для всей страны. Время от времени поступают сведения о деятельности находящегося в Лондоне «Москоу народны банк». А также регулярные доклады о брифингах в Совете экономической взаимопомощи. Мне кажется, что Брамс Четвертый служит секретарем или личным помощником одного из директоров «Дойче нотебанк».