Книга Темная тайна художника, страница 85 – Моника Фет

— Майк! Подожди!

От группы девушек отделилась Чарли. В душе Майка сразу вспыхнула искра надежды.

— Я хотела только спросить, есть ли какие-нибудь новости.

Искра погасла.

Чарли беззаботно жевала резинку, и Майк почти ненавидел ее за это. Как могла она спокойно стоять тут и жевать резинку, вместо того чтобы сходить с ума от тревоги за свою подругу? Вчера он разговаривал с Чарли по телефону и с разочарованием понял, что она знала Ильке еще хуже, чем он сам.

— Нет, — раздраженно ответил он.

— Плохо, когда такие вещи происходят с кем-то из твоих ближайших друзей, — посочувствовала она. — Вдруг пропадает человек. Обычно о таком читаешь только в газетах.

Раньше ему не бросалось в глаза, какая пустышка эта Чарли. Майк пристально посмотрел на нее. Под его взглядом она почувствовала себя неловко. Она принялась нервно теребить свои длинные волосы. Ее жевательная резинка пахла мятой.

— Смотри не подавись своей жалкой заботой, — сказал Майк.

В водянистых голубых глазах Чарли появилось удивленное выражение. На мгновение она даже перестала жевать.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Сама подумай об этом.

Майк повернулся и, не обращая на нее никакого внимания, пошел прочь. Вся эта школьная суета не имела теперь к нему никакого отношения. Он снова вернется в школу только тогда, когда будет знать, что случилось с Ильке.

Имке пыталась сохранить самообладание. Она никак не могла поверить в то, что услышала. Расширившимися от ужаса глазами она уставилась на телефонный аппарат. Голос Ютты, такой детский и близкий, продолжал звучать у нее в ушах. Имке хотелось тотчас помчаться к дочери, но она сдержалась.

— Отпусти Ютту, — сказал Тило. — Иначе ты совсем потеряешь ее.

Конечно, он был прав. Но как заставить чувства подчиняться разуму?

Ильке пропала. Одна-единственная фраза — и самые худшие опасения снова сбылись. Кошмар повторяется, и ее дочь опять находится в самой гуще опасных событий.

Разумеется, это еще ничего не значило. Молодые девушки часто совершают безрассудные поступки. Может быть, Ильке поехала автостопом в Париж или Амстердам. Или достала дешевый билет на самолет до Барселоны. Или же отправилась пешком с рюкзаком за плечами куда глаза глядят. Юные девушки частенько забывают позвонить домой. Им вообще не приходит в голову, что кто-то может о них беспокоиться. В этом не было ничего необычного. Такое происходило каждый день.

Имке набрала номер матери. У нее была странная привычка все свои дела сначала обсуждать с мамой. В отличие от Ютты она сама, видимо, так никогда и не станет взрослой.

— Боже мой! — сказала мама. — А как девочки?

— Они колеблются между надеждой и беспокойством.

— А ты?

— У меня перевешивает беспокойство.

— Могу я тебе чем-то помочь, детка?

«Детка». Когда мама так называла ее в последний раз?

— Не хочешь зайти ко мне?

— Я бы с удовольствием, но сейчас у меня урок живописи.

У Имке совсем вылетело из головы, как плотно расписан календарь ее матери. Эта женщина обладала неисчерпаемой энергией. Она брала уроки русского языка (у девушки, которая убирала у нее в квартире, молодой русской учительницы), уже несколько лет посещала курсы классических танцев, а в семьдесят лет начала заниматься йогой. Сейчас ей исполнилось семьдесят пять, и она обнаружила у себя страсть к рисованию. На одной из выставок школы искусств она продала две свои картины.