Книга Выстрел по видимой цели, страница 25 – Георгий Юрский

— ИЖ-27. Вертикалка. – Валерий Михайлович не мог поверить в реальность происходящего.

— Калибр ружья, дайте угадаю, двенадцатый? – с сарказмом продолжил полицейский.

— Дык какой-же еще? – Егерь поискал глазами стул и грузно на него уселся, переводя дыхание. Ему явно было нехорошо, и Зоя испугалась, что его хватит инсульт или инфаркт.

— Может, вам водички?

— Да, дочка, налей на кухне. Что-то нехорошо мне. – Лицо Сушилина покраснело, а на лбу выступили бисеринки пота.

— Минуту! – Зоя метнулась в кухню за водой, всерьез испугавшись за подозреваемого.

Тем временем Никита достал листок с их расшифровкой хронометража охоты.

«Полчаса-то у него было стрельнуть Муратова и к Станиславу выйти», – про себя отметил он, о чем и шепнул Зое.

Попив воды, охотовед отдышался и пришел в чувство.

— Ребята, я не понимаю, куда оно делось. Аккурат перед охотой, ну неделю, может, тому назад, на месте было.

— А с собой вы его не брали на охоту? – полицейский почуял след – недаром сотрудники уголовного розыска после революции носили значки легавых собак.

— Не брал я его. Все меня видели. В трусы я его, что ли, спрятал! Без ружья я был! – повысил голос егерь.

— А может, в прицеп заранее бросили? Мало ли, на всякий случай? – вкрадчиво заговорил Никита.

— Дык я никогда в загон с собаками ружье не беру. Токмо нож, дорезать – если что. Собак подстрелить боюсь, они у меня цепкие, прямо на звере висят, – чуть не плача от отчаяния, оправдывался Михалыч.

— А ссор у вас с Муратовым не было? Говорят, он крутого нрава мужик был, – Никита прорабатывал все варианты развития событий.

— Да что вы такое говорите? Это же кормилец наш! Ну покричит маленько, но то же за дело. Мы же нонеча осиротели, кому мы теперь нужны? Все же тут загнется, – с отчаянием в голосе затараторил Валерий Михалыч.

Зоя смотрела на него и понимала, что, скорее всего, он не лжет. Конечно, стажа оперативной работы, да, впрочем, и жизненного опыта у девушки было недостаточно, но тут для нее было все очевидно. «Ну да, была возможность. Но где мотив?»

— Да мы вам верим. Ключи у кого от замка хранятся? – вмешалась она в допрос.

— Да вот они тут висят. Неправильно так, но, думал, тут все свои, – Валерий Михайлович махнул в отчаянии рукой и показал на гвоздь, торчащий из бревенчатой стены охотничьего домика.

— То есть, получается, любой охотник мог украсть ружье ваше. Правильно? – Подвела итог Зоя.

— Да, но зачем? У всех свои были.

— Так. Сторожа своего позовите, – Никита перевел разговор в другое русло. Он тоже не верил в виновность егеря, но пропавшее ружье сужало круг подозреваемых.

Через пять минут в коридоре раздалось мерное цоканье костылика, сочетающееся с глухим топотом протезированной ноги.

— Вызывали? – спросил сторож у Никиты.

— Присаживайтесь. Давайте еще раз пробежимся по дню убийства. Сидели в сторожке, никого не видели, никуда не выходили. Так?

— Та, конечно. Я же вам камеры показывал.

Зоя вопросительно посмотрела на Никиту, тот покивал.

— Да-да, изымем как вещдок.

— А вы знаете, где у Валерия Михайловича оружие хранится?

— Канешна. В сейфе в коридоре.

— Давно туда наведывались? – Никита начал поддавливать сторожа.

— Та никогда туда и не лазал. На шо оно мне? – Лицо сторожа выражало такое неподдельное изумление, что полицейский махнул рукой и отпустил его.