Книга Выстрел по видимой цели, страница 41 – Георгий Юрский

Никита знал, что СОРМ-2, расшифровываемая как «Система оперативно-розыскных мероприятий», и есть та самая «Биг Дата», позволяющая ФСБ определить местонахождение лица и много других сведений о нем.

— Ну ок. Тогда надо сегодня стартануть. На моей поедем? – уточнил детали Никита.

— Да мне, видишь ли, еще в страховую надо заявиться. Давай на моей опять? Ты за рулем, – Зоя подняла руки, понимая, что может ответить Никита. – У меня и переночуешь. На кухне диван есть. Могу предоставить в пользование. Ну если будете вести себя как джентльмен, – девушка лукаво улыбнулась.

— С вами приятно иметь дело, сударыня, – неожиданно для Зои произнес Никита, подражая старосветскому дворянину. – Я соберу дорожный несессер (Никита, к удивлению Зои, произнес слово с правильным ударением), надену походный сюртук и спущусь к карете.

— Да, сударь, потрудитесь не опаздывать, – отплатила ему той же монетой Зоя.

Через десять минут Никита с маленьким рюкзаком вышел из дома и уселся в машину к Зое.

— Давай в отдел заскочим на минуту?

— Не вопрос. – Зоя тронулась с места, гадая, кто все-таки поведет машину.

Около отдела она простояла почти полчаса и уже было начала злиться, когда появился улыбающийся Никита.

— Мадемуазель! Околоточный составил депешу о том, как вашу бричку повредил неизвестный экипаж, – с этими словами он отдал ей справку о ДТП.

— Спасибо, – Зоя от смущения поначалу не нашла высокопарных слов, но секунду спустя оправилась и добавила: – Право, сие не стоило ваших хлопот.

— Ах, не обессудьте, – так же высокопарно произнес Никита, после чего замолк, пытаясь понять истинный смысл произнесенной фразы.

Но Зоя, вошедшая во вкус только им одним понятного карнавала, уже освобождала водительское сиденье:

— В Москву! В Москву! В Москву!

— Домчу с ветерком! – Никита принял эстафету.

Какое-то время они сидели молча и, не сговариваясь, думали о культурных кодах, которые объединяют людей.

Зоя первой решила нарушить молчание:

— А как тебя близкие называют?

— Друзья – Ник. Мама – Коленька. Отец – строго: Никита, – молодой человек передразнил бас родителя.

— Ой, здорово – у тебя отец есть, – с только ей понятной завистью воскликнула Зоя и тут же пояснила: – Мой погиб, когда я маленькая была. Только видео со свадьбы родителей осталось и фотографии.

— Ну, это да, – Никита не нашелся, что сказать. «Соболезную» было как-то неуместно. «Так бывает» – не очень утешительно. «Иногда лучше молчать, чем говорить», – пришло ему в голову.

Какое-то время они ехали молча, и каждый думал о своем. Неловкое молчание прервала Зоя:

— А какой у Виктора Перепелкина мог быть мотив убийства? Вроде работали порознь, неужели со времен совместной службы какие-то дела остались? – Зоя задала вопрос не то собеседнику, не то себе.

— У меня, если честно, – признался Никита, – первое убийство такое. Обычно бытовуха. Водка кончилась, и давай друг друга резать. А тут прямо Агата Кристи. Так что, я совсем потерялся, кто его и за что.

За разговорами о деле они преодолели весь путь до Москвы. Никита ехал аккуратно, но быстро, и к девяти часам вечера они были уже в квартире Зои. Только войдя, девушка вспомнила, что у нее пустой холодильник. Да и к тому же соревноваться с мамой Никиты ей было не по плечу. Готовить Зоя не умела. Она всерьез напряглась, думая, как не ударить в грязь лицом.