Книга Фортнайт, или Шпион в таможне, страница 6 – Георгий Юрский

Но ровно через три месяца выяснилось, что Антон не дурак выпить с друзьями, а дома его интересовали только сериалы про ментов под пиво и чипсы. Ходить с Леной в театры или музеи он отказывался наотрез, равно как и общаться с ее подругами. Его друзья были ещё более примитивные чем он, с интересами не дальше гаража или автомобиля.

Так что спустя три месяца они разъехались, а ещё через два месяца заговорили о разводе. И тут хваткие брянские предприниматели проявили себя во всей красе. «Никуда он с этой квартиры не съедет. Нажита она в браке, так что сын наш имеет право на половину!» — безапелляционно заявляли его родители. Сам Антон отмалчивался и прятал глаза в пол, но взывать к его совести смысла не имело. Сначала Игорь со Светланой возмутились, ведь подарки не считались совместно нажитым имуществом. Но они совсем забыли, что записана квартира была изначально на юридическое лицо и по документам Лена ее купила.

Светлана могла поднапрячься и сделать дочери другую, но они чувствовали себя реально обманутыми. Слишком много воспоминаний было с ней связано, и менять ее не хотелось. Там родились их дети, и они очень ее любили, несмотря на скромные размеры и не самый пафосный район.

Купили они эту квартиру, расселив коммуналку с двумя бабками. Обе до смерти боялись, что их обманут, и Игорь даже надевал форму для переговоров с ними. Затем они изрядно намучились, делая первый в своей жизни ремонт. У Игоря со Светланой тогда уже появились приличные деньги, но опыта не было никакого, да и приличные стройматериалы и дизайнеры в начале 90-х еще не появились. Они зачем-то купили дорогую гидромассажную ванну, которую в те времена называли джакузи, вне зависимости от производителя, хотя пользовались ей всего несколько раз. Теперь она стояла памятником былой роскоши. Но кое-что в квартире до сих пор радовало глаз, например, сделанный на заказ деревянный шкаф нестандартного размера в спальне. Мастер-краснодеревщик создал целое произведение искусства. На дверном косяке до сих пор оставались заметки — рост и возраст их детей.

Игорь понимал, что в суде у них шансов немного, но Светлана очередной раз обозвала его тряпкой и сказала, что решит все со своими звездными адвокатами.

— Привет папуля, — прощебетала дочь. — мамы нет, но я драники приготовила, — Лена хозяйским жестом обвела накрытый стол. Хорошо сложенная, в передничке, затянутом на тонкой талии, она выглядела как красотка-домохозяйка в рекламе каких-нибудь бульонных кубиков. Длинные каштановые волосы девушки были собраны в хвостик и заколоты маминой резинкой. Лицо у Лены было безо всякой косметики, но ее молодость украшала ее лучше всякого макияжа.

— Ты моя умница, — Игорь обнял ее и пошёл мыть руки.

Драники были чуть суховаты на вкус Игоря, но вида он не подал, лишь добавил побольше сметаны. Он с самого начала семейной жизни понял, что любую стряпню надо сначала похвалить, а потом между делом намекнуть на недочеты в приготовлении.

— Отлично получились. Меня вот такие жирные как Белоруссии, раздражают. Ну, когда масло капает. А у тебя прямо как я люблю.

Лена покивала, они попили чаю и принялись болтать. Разговор как всегда зашёл об Антоне и его коварстве, и Игорю стоило большого труда ее успокоить. Он кратко рассказал о своей новой работе, сделав акцент на новых перспективах.