Книга Смертный грех, страница 40 – Георгий Юрский

— Я на весла, Руслан со мной, покажешь, где они, — на бегу сообщил Тихон.

Через минуту лодка уже была спущена на воду, и дюжий монах сделал мощный гребок. Руслан встал, чтобы сориентироваться, но от мощного рывка лодки чуть не упал. Через несколько секунд он сообразил, где должна быть льдина, и начал командовать Тихоном.

— Левым загребай!

Тихон сноровисто греб, лодка продвигалась быстро, но льдину с рыбаками отогнало еще чуть-чуть на север, так что пристали они к ней только через полчаса. К тому же по дороге им приходилось огибать другие льдины. Метров за триста рыбаки их заметили и начали отчаянно махать руками. Хотя махал в основном рыбак поменьше ростом в красном пуховике. Вскоре Руслан разглядел, что это была девушка. Рыбак покрупнее то вставал, то вновь садился на свой рыбацкий сундучок. Когда они пристали ко льдине, Руслан ловко выбрался на нее и притянул к ней лодку. К нему тут же подскочила молоденькая девушка. Он с удивлением увидел, что из под пуховика и тонкой юбки у нее торчат голые ноги, уже синие от холода. Коротенькие сапожки явно тепла не добавляли. Рыбак, взрослый мужик, был одет по погоде, но при этом в стельку пьян. Руслан бережно передал девушку Тихону, после чего с большим трудом дотащил еле стоящего на ногах рыбака до лодки, где просто втолкнул его в медвежьи объятия Тихона.

У Руслана возникло мстительное желание оставить рыбацкий сундучок на льдине, но он пожалел рыбака и забросил сундучок в лодку, после чего запрыгнул в нее сам. Тихон, сбросил тулуп, взглядом указав Руслану на девушку, и тут же сильными гребками направил лодку к монастырю. От его мощного торса, одетого в одну футболку, повалил пар. Руслан замотал голые ноги девушки тулупом и спросил:

— Как вы тут оказались?

— Да батька пошел рыбалить. Мамка говорит, долго его чего-то нет, шелоник задул, сходи за ним. Я побежала, да лед уже трескаться стал. А он спит на снегу. Заначку у мамки, по ходу, украл. Пока будила его, ужо и отплыли. Боялась, что помрем. — Девушка вытерла покрасневшие то ли от мороза, то ли от слез глаза. На вид ей было не больше двадцати лет.

— Не помрете, — успокоил ее Руслан. — Чего же ты оделась-то так?

— Да от избы-то до берега рядом. Думала, мигом батьку верну.

Руслан вспомнил свою дочь и ее вечное желание одеться не по погоде.

— Ладно. Отогреем. Как звать-то?

— Настя. Батьку Иваном.

— Ладно, Настасья Ивановна. Все будет хорошо.

Спустя еще время они были на пристани, где их ждала вся братия. Руслан бросил конец Сереге, и тот подтянул лодку.

— Здрасьте, дядя Сережа! — Настя, стуча зубами, вежливо поздоровалась с ним.

— И тебе не хворать, Настена, — ответил тот и протянул ей руку, помогая вылезти из лодки.

Монахи выгрузили горе-рыбаков и повели их в корпус. Но всего нескольких шагов им хватило, чтобы понять, что рыбак не в состоянии самостоятельно двигаться.

— Господи, что же мне за наказание такое? — беззлобно проворчал Тихон и взвалил мужика на плечо.

«Добрый Тихон человек-то. На вид страшный, а в душе нормальный», — мимолетно подумал Руслан. Но затем вспомнил о рыбаках.

— Баню долго топить? Переохладились они, — спросил он настоятеля.

— Да затопил Серега, но ей еще часа два прогреваться, — ответил отец Димитрий. — Чай зато вскипятили.

— Тогда надо их растереть. Пойду бабу Шуру позову, пусть девицей займется.