Книга Будет больно, приятель!, страница 2 – Георгий Юрский

Мать Дани очень тяжело переживала уход отца, называла Викторию не иначе как «эта дама», что в устах интеллигентной женщины звучало крайне презрительно. Это был далеко не первый роман у отца, поэтому Виктория действительно от него натерпелась, поэтому с ее решением никто особенно не спорил. Так что Даня и прочие родственники остались ни с чем. Но, как ни странно, все охотничье снаряжение мужа, равно как и пикап «Ниссан-Наварра», специально для охоты купленный, Виктория отдала Даниилу. Это был, конечно, мизер, по сравнению с полным наследством, но таковы законы о наследовании. Нет завещания — все жене.

Всю свою юность Даня провел между спортзалом, где тренер по дзюдо — Николай Степанович — взял над ним шефство, и компьютером. Спорт давался легко, но наставник с порога объявил всем своим воспитанникам, что не собирается создавать из них олимпийских чемпионов, а просто сделает нормальных людей. Во многом у него это получилось. Все друзья Дани, хоть и не сделали сумасшедших карьер, выросли приличными людьми. И если в юности ребятам казалось, что надо ставить высокие цели, то по прошествии времени стало ясно, что тренер был прав. Несколько Данькиных одноклассников, подававших серьезные надежды, в итоге остались и без спортивных карьер, и без профессий. Всю школьную программу они пропустили из-за тренировок, а в большой спорт не попали.

Николай Степанович все это прекрасно понимал и, трезво оценивая перспективы своих ребят, ставил реальные цели. Например, Дане — получить КМС, то есть стать кандидатом в мастера спорта по дзюдо. Даниил, хоть и с большим трудом, проиграв пару раз решающие поединки, которые давали бы право на это звание, к девятнадцати годам получил заветный значок.

В армию Даню не взяли из-за какой-то редкой аллергии. В то время служба в вооруженных силах внезапно стала престижной — военкоматы не бегали за уклонистами, а наоборот отбраковывали почти годных солдат.

Отец уже не мог участвовать в профориентации сына, а мать искренне считала хорошей любую профессию, кроме своей. Поэтому Даниил самостоятельно выбирал свой путь. Преподавание иностранного языка в его родной школе было посредственным — сказывалось желание учителей равняться на отстающих. Смирнов в начале года пролистывал учебник английского и искренне скучал на уроках. Денег на репетитора в семье не было, отца просить они с матерью как-то стеснялись, поэтому выход в освоении языка был найден в просмотре сериалов. Если голливудские фильмы еще худо-бедно переводили на русский, то многосерийные саги, как правило, сопровождались субтитрами и шли на языке оригинала. Лучшей тренировки для изучающего английский и представить себе нельзя! Даня смотрел все подряд: и ситкомы, и фэнтэзи, и судебные драмы. Но лучше всего заходили полицейские сериалы. Они и определили профессиональное предпочтение. Первым многосерийным фильмом, запавшим в душу Дани, был «Blue blood» — про семью нью-йоркских полицейских, потом пошли «CSI», старенький «Miami vice»… Русский кинематограф тоже расстарался к этому времени. «Ментовские» сериалы слегка героизировали профессию сыщика. В начале 2011 года президент Медведев переименовал милицию в полицию, и выбор Даниила был сделан.

Николай Степанович принял активное участие в судьбе Даниила и еще нескольких ребят, решивших предпочесть карьере охранника (самый очевидный выбор в их городке) карьеру в МВД, и составил им протекцию. Они получили от местного ОМВД направление, смогли подтянуться больше четырех раз, пробежать сто метров за пятнадцать секунд и один километр — за четыре минуты.