Книга Резервная столица, страница 63 – Виктор Точинов

После этих слов внук, как обычно, пристал с расспросами об отце. Дед тоже, как обычно, отвечал неохотно и односложно и вскоре сменил тему.

* * *

Сергей Федотович Симаков о своем бывшем зяте не желал разговаривать категорически. Ни с внуком, ни с кем-либо еще. Слова клещами не вытянешь. Дочь умершую вспоминал охотно, с гордостью всем рассказывал об успехах внука, но о зяте — молчок.

Практически всё, что Бикхан знал об отце (гулявшие по совхозу сплетни не в счет, правды в них было мало), он узнал от своей бабушки Гульнар, матери отца. Гостил у нее в школьные годы, почти полное лето провел на Южном Урале, в башкирском селении Енгалы.

Оказывается, его отец был достаточно известным по местным меркам человеком, участником революции и Гражданской войны, членом Башревкома. Активно участвовал в формировании национальных воинских частей, и повоевать тоже пришлось.

Беда (по нынешним временам беда) в том, что подчиненные Башревкому башкирские дивизии воевали не за красных. И не за белых. У Башревкома была своя цель в той войне: как можно более широкая автономия Башкурдистана, так тогда именовалась республика. А в идеале — полная независимость. Причем в состав Башкурдистана предполагалось включить населенные башкирами уезды многих других губерний — Челябинской, Оренбургской, Казанской, Самарской и прочих, а самые смелые мечтатели даже планировали объединение с братским киргиз-кайсацким народом. С не менее братскими татарами объединяться не хотели, у тех были свои амбиции и свои претензии на уезды, населенные башкирами, потому что татарских деревень там было не меньше.

(Надо заметить, что Ринат Тягнияров, отец Бикхана, родился в башкирско-татарском селе Старые Туймазы и оттого был записан в разных документах то как башкир, то как татарин, — однако на самом деле происходил из тептярей, родственного и тем, и другим народа, хотя сам считал себя башкиром. Во времена отрочества Бикхана всех тептярей уже директивно записали в башкиры, но бабушка Гульнар различала их строго, никогда не смешивала.)

После октябрьских событий в Петрограде Башревком поддержал враждебные большевикам правительства — сначала самарский Комуч, затем сменившую его Уфимскую Директорию. И в Комуче, и в Директории на ведущих ролях были социалисты — меньшевики и правые эсеры, ничего не имевшие против башкиркой автономии. И сформированные башкирские дивизии вступили в бои с Красной армией. Так отцу Бикхана довелось повоевать за белых.

Однако позже адмирал Колчак разогнал Директорию, объявил себя Верховным правителем, Россию — единой и неделимой, сепаратистские национальные правительства — незаконными.

Башревком немедленно начал переговоры с Советской Россией. И вскоре они увенчались успехом — Башкурдистан превратился в Башкирскую АССР под руководством все того же Башревкома. Соответственно, башкирские дивизии воевали теперь с Сибирской армией Колчака. Так отец повоевал за красных, и даже был представлен к ордену Красного Знамени, но получить награду не успел.

Согласие между временными союзниками долго не продлилось, едва колчаковцев выбили за Урал и погнали через всю Сибирь к Тихому океану, начали нарастать противоречия, слишком уж по-разному виделась автономия башкир из Москвы и из Стерлитамака. Дошло до того, что в январе 1920 года председатель Башревкома Валидов приказал арестовать руководство Башкирской ЧК, назначенное из Москвы. Среди приводивших приказ в исполнение был и Ринат Тягнияров.