Книга Контракт на спасение, страница 6 – Тая Глиб

— Ну что ты за беда на мою голову... Не время сейчас для этого.

Укладываю её на заднее сиденье и давлю на газ.

Подъехав к дому, заношу её в комнату на третьем этаже. Выхожу в коридор.

— Евгений, у нас гостья. Надо бы её осмотреть. Вызови Борисыча. И её нужно придержать — мало ли что, пока не пойму, кто она. Я позже к ней зайду. Сам. Остальным — даже пальцем её не трогать.

— Понял, Илья Вадимыч! Позову Ольгу, она всё решит. Борисычу уже звоню.

— Я к себе. Меня ни для кого сегодня нет.

— Даже для Карины... Карины Андреевны?

— Особенно для неё.

Ухожу в свою комнату. Принимаю душ.

Лиза

Прихожу в себя. Тихо.

Не могу разлепить веки, а когда это всё же получается — голова начинает кружиться. Снова зажмуриваюсь, но тут же заставляю себя окончательно очнуться. Где я?

Какая-то комната. Я лежу на огромной кровати. Слева окно и выход на террасу. Белые занавески вздымаются от порывов ветра, впуская теплый свежий воздух. Последние лучи еще прорываются в комнату, но солнце уже клонится к закату. Сумерки.

Руки невыносимо болят, всё тело затекло. Мучит жажда. Замечаю на прикроватной тумбе кувшин с водой и стакан. Пытаюсь приподняться, но ничего не выходит. Мои руки прикованы... Черт!

Страх заставляет сознание проясниться окончательно. Озираюсь по сторонам — никого.

— Что происходит? Эй! Кто-нибудь! Эй!

Во рту всё пересохло. Слышу, как в дверях поворачивается ключ, и входит Каримов.

— О! Пташка проснулась?

Он медленно подходит к кровати. Хмурится. Садится рядом и, приподняв пальцем мой подбородок, всматривается в глаза. Боже, какие у него теплые и чувственные пальцы...

— Кто тебя подослал?

— Что? — я с трудом воспринимаю его слова.

— Откуда ты, нахрен, взялась? Кто тебя подослал ко мне? Что ты должна была сделать? — Каримов вбивает каждое слово, в его голосе слышится ледяной холод. — Выкрутасы Сабурова? Отвечай!

Что... Что сказать? Кто эти люди? Причем здесь я? Я не понимаю, что происходит. Как я здесь оказалась, зачем наручники... Сил совсем нет.

— Пить. Можно мне воды? — горло саднит, я почти не могу говорить.

Каримов наливает воду. Протягивает стакан... и сам ухмыляется своему жесту. Я ведь не могу даже пошевелить руками.

— Да, девочка, зря, очень зря... — он ставит стакан на тумбу и одним движением усаживает меня на кровати. Подносит стакан к моим губам: — Пей!

Я жадно глотаю воду.

— Рассказывай! Я уже теряю терпение.

Голова идет кругом. Закрыв глаза, я немного прихожу в чувства.

— Я не понимаю, о чем вы говорите. Я... я просто шла.

— Да? Шла и нашла? — чуть ли не рычит Каримов. — Девочка, я по-хорошему спрашиваю: чья ты подстава? Кто навел?

— Я просто шла! Я ничего не делала! Я не знаю, о чем вы говорите... — почти кричу я. Ну как же он не понимает? Как я могла осознанно и корыстно сотворить такое? — Отпустите меня!

— Отпустить? Ты просто шла и на мой хер зашла? Сабуров подослал, ублюдок?

Он вскакивает и начинает мерить комнату шагами.

— Вот урод. Всыпал мне в клубе какой-то дряни... Не оттрахай я тебя — сдох бы на месте. А тут ты — сама невинность, и готова ноги раздвинуть... Ты меня за идиота держишь? Чья подстава, блядь?! Говори!

Меня начинает трясти, слезы предательски скатываются по щекам. Что нужно этому монстру? Правду? О том, что меня предали самые близкие люди, и в одно мгновение мир из розового облака превратился в грозовую тучу? Что я не замечала ничего вокруг, бредя в своем одиночестве и полном отчаянии? Что, продрогнув под дождем, я случайно оказалась в крепких горячих объятиях и сама пустила всё под откос?.. Не могла и не хотела больше контролировать свою жизнь. Пусть всё летит к чертям!