Книга Игра на двоих, страница 95 – Тая Глиб

По делу с ремонтом квартиры вопрос решен. Управляющая компания не хочет огласки, поэтому все расходы взяла на себя.

Звоню Николаю Аркадьевичу, Машиному деду. Объясняю ситуацию. Он и рад, и горд, что у Марии сейчас есть такой молодой человек, на которого можно положиться.

К офису подъезжаем уже ближе к девяти. Сегодня у нас несколько представительских мероприятий, поэтому вся парковка занята. Народу в офисе битком. Егор с ребятами проводят меня в кабинет. Меры предосторожности важны. Особенно в моменты, когда офис из семи тысяч человек вырастает до двадцати. Кто ни попадя не пройдет, но мало ли.

Сегодня несколько встреч. Но главное — это подготовить документы, обсудить презентацию на конференцию с моим пиарщиком, и можно ехать к Маше.

День пролетает в мелкой суете, в вопросах, которые требуют моего решения до долгого отсутствия в офисе. Завтра я лечу один. Все остаются на местах. Организационными вопросами относительно тайминга и встреч будет заниматься мой личный ассистент, но она останется здесь.

Когда основной ворох вопросов решен, выезжаю домой.

Набираю Машу.

Сергей

— Привет.

— Привет, — голос Маши звучит глухо.

— Маш, что-то случилось? Ты где?

— Я у тебя. М-м... Сережа, мне кажется, я сегодня видела Агнию.

— Кого?

— Я понимаю, это звучит как бред, но...

Меня обдает ледяным холодом.

— Как ты могла её узнать? Вы не были знакомы.

— Я видела её фото. Оно стояло у тебя на комоде.

— Маш, этого не может быть. Она погибла, — мой тон становится резким, категоричным.

— Она подошла ко мне в больнице и представилась.

— Ну и что еще эта Агния сказала? Чего она хотела от тебя-то? — Сарказм сочится из меня помимо воли. Ну что за пиздец опять намечается?

— Прости?! Я не лгу и не придумываю! — в её голосе вспыхивает обида.

Пытаюсь взять себя в руки.

— Маш, ты, скорее всего, не так поняла. Переволновалась… Никакой Агнии нет. Просто нет.

— Перестань! Не надо говорить со мной как с умалишенной!

Меня злят эти слова, её поведение. Злит ситуация, граничащая с безумием. Агния сгорела, её нет в живых. Зачем Маше ворошить это? Зачем выдумывать нелепую встречу?

— Маш, это бред. Слышишь? Бред!

Воспоминания всплывают в сознании, обжигая, словно открытые раны.

У меня внутри всё переворачивается.

— Если не хочешь этого слышать и понимать, я ничего не могу сделать, Кармацкий. Я просто говорю: какая-то девица — одно лицо с фото на твоем комоде — назвала себя Агнией. Пожелала тебе «перестать играться с маленькими девочками», сказала, что скучает и ждет встречи. Что ты будешь делать с этой информацией, я не знаю. И после твоего тона, наверное, уже не захочу знать.

Маша бросает трубку.

Меня накрывает.

— Ааа! Какого хуя происходит?! — Сознание подкидывает одно предположение хуже другого. Либо Машка права, что полный бред: тело Агнии нашли после пожара, и экспертиза подтвердила личность. Либо — что ничуть не легче — у Маши проблемы с психикой. Либо кто-то затеял игру, пытаясь выбить нас из колеи. И у них получается — мы уже ругаемся. Конечно, я повел себя как сволочь, но разве такое можно контролировать?

Кармацкий, дыши ровно.

Звоню Полонской. Коротко объясняю ситуацию.

— Не в моих правилах обсуждать пациентов, Сергей. Скажу одно: Маша психически стабильна. Ищи другие варианты.