Онлайн книга «Архитектор (не) моей мечты»
|
— Пока речь не обо мне. Мама хмурится и нервно сглатывает. — Хорошо. Но Сергея я бы одобрила, хороший… Ты говоришь не о тебе? Но всё же кто-то выходит замуж? — Она смотрит на Соньку. И меняется в лице. — Соня, неужто опять Стас этот? Девочка, не надо! Или это с другим… — Мама чуть не плачет. Соня пытается её ободрить: — Да мам, ты чего? Какой Стас? Обосрас… — Фу, Соня! — А чё опять Соня? Хватит этого припыженного ко мне присоединять. Ему уже и деда навалял, а он всё, как банный лист, липнет вашими устами. Машка только качает головой: — Вот, Соня, как можно в одном предложении говорить о «припыженности» и «устах»? Мы ржём. Сонька у нас — сама непосредственность. Лишь бы ещё чего не выдала… Но глаза боятся, а Соня жжёт: — Это не Стас и я… Это вообще не я. Все вопросы к Дашке! Мама уже прицельно смотрит на «виновницу» этого «торжества». Та выпаливает как из автомата: — Мам, я замуж выхожу за Диму. Дмитрия Матвеева, гендиректора «Олми». — Мама аж ойкнула. Прикрыв рот ладошкой, сидит и смотрит на нас испуганным взглядом. Тишина… — Мам, скажи что-нибудь. Но у мамы полные глаза слёз, и она начинает чудить. Видели бы Кармацкий, Ольхов, Матвеев и Кармазин эту «главу семьи» сейчас — им бы сразу стало понятно, в кого мы такие «принцессы». — Девочки, как же так? Я ничего не знала! — И, уже обращаясь ко мне и Соньке, мама, медленно сняв тапок, несётся за нами по квартире: — Наташка, почему ты даже не намекнула? Ты же точно знала! Мы с Сонькой, конечно, успели заскочить в нашу комнату и закрыть дверь. Мама стучит тапком: — Я вам сейчас, как Хрущёв, покажу кузькину мать! Мама у нас учитель истории, поэтому к её словесным оборотам мы привыкли. Беру удар на себя — Соньке и так уже чутка прилетело. — Мам, да ничего мы толком не знали! Ну, видела я пару раз этого ухажёра, но Дашка же и нам ничего не говорила. Я только несколько дней назад у неё кольцо на пальце увидела… Тишина. Слышим, как Дашка и Машка успокаивают маму с той стороны двери. Ну и хорошо. Сейчас утихомирят, а мы потом к ним выйдем. Вот как маме сказать, что я живу со своим бывшим преподом и вообще хочу всё-всё с ним? Мне же тогда не тапком, а чем похуже прилетит… — Эх, бедная моя срака, гореть ей — не перегореть! Сонька оживает: — Вот. Мотай на ус: в следующий раз точно тебе прилетит… Но не бзди! — А чё мне-то? Как там твой женонеистовый поживает товарищ Кармазин? Он сегодня у нас в офисе был, говорит, что ты ему его «Пипина Короткого» крутишь по полной… — Ничё я ему не крутила! А почему «Короткий»? — Соня, сейчас как дам по голове! Было что-то? Сонька глаза не прячет, правду говорит: — Нет. Ничего. Сказал, что маленькая ещё… И сначала замуж, а потом уже… — Замуж? Это точно Кармазин? — Да, Тима… Он же не Стас. Сказал, что хочет по-настоящему. — Сонь, не обожгись! Пожалуйста. Или я его прибью. За тебя, точно прибью. — Не. С ним либо ничего и никогда, либо всё и навсегда… И не будет меня мама тапком бить. В отличие от ваших ухажёров, Кармазин с мамой уже познакомился… — Вот это да! Как так? — Он вчера меня из универа подвёз, и мы маму у входа в подъезд встретили. Ну, мама и пригласила его на чай… Они поговорили. Без меня. Потом только Тима сказал, что всё хорошо. А мама сказала, что разрешает мне с ним общаться и что он — хороший парень. |