Книга Коэффициент страсти Генерального, страница 66 – Тая Глиб

Так же пробегаюсь по экскурсионным турам, которые предлагает отель. Думаю, Дашка первый раз в Сибири и не была на Байкале. Туда нам точно нужно будет выбраться. Лучше всё запланировать заранее, чтобы наше времяпрепровождение было запоминающимся.

Меня знакомят с персональным гидом, который подберёт под наши интересы любой маршрут, всё организует и сопроводит. Валерий — нормальный сибирский мужик примерно тридцати–сорока лет. Явно знающий свой край и любящий своё дело. По общению видно, что работал с разными клиентами, много, поэтому, думаю, нам с ним будет комфортно. Профессионалы — это всегда хорошо!

Звоню Даше. Они уже приехали в имение, а я собираюсь в аэропорт и сразу к ней.

В предвкушении встречи не могу внутренне не лыбиться.

Даша

В имение к нашим старшим сородичам приезжаем ещё ранним утром. Бабуля попросила высадить «трудовой десант», поэтому «бабье царство» в полном составе прибыло отбывать трудовую повинность за вкусное варенье... Но работа вообще не пыльная: мы с девчонками собираем ягоды. Первую клубнику и уже отходящую жимолость.

Как саранча, сметаем половину и только потом кладем что-то в лукошко. Подозреваю, бабуля зазывает нас именно для того, чтобы мы наелись витаминов, а варенье она сварит позже — когда мы не сможем вырваться.

Дедуля вальяжно прохаживается по огороду с котом Вениамином на руках и посвящает нас в свои наполеоновские планы. Веня косит глазом в нашу сторону, воспринимая нас не иначе как захватчиков территории и внимания его «человеков».

Вылет у нас с Димой сегодня в одинадцать вечера, поэтому время побыть со своими еще есть. Бабуля напутствует:

— Ты в Иркутске не только работай. Суровые северные парни — чем не вариант?

— Или отмороженные... — посмеивается Соня. Мы дружно хохочем.

— У меня там будет очень плотный график, — отвечаю я. Хочется добавить про «свой самовар», но я пока молчу, только улыбаюсь.

— Кто плотный? Рафик? — переспрашивает бабушка. — Нет, Рафик нам не нужен. Давай кого попроще. Главное, чтобы добрым и заботливым был, а не обязательно цитировал Бродского под проливным дождем. Чрезмерная мозговитость — это в мужике не всегда хорошо.

— Ага, как в анекдоте! — подхватывает Наташка. — Спрашивает девушка ухажера: «А вы любите Кафку?», а он ей: «Да, особенно грефневую!»

Мы ржем в голос.

— Эх, зеленые вы совсем! — вздыхает бабуля. — Но на Байкал, Даша, всё равно съезди — это воспоминание на всю жизнь. Мы с дедом там по молодости бывали, еще с вашим отцом. Красота там неимоверная...

И я тоже в предвкушении: новые места, виды и, конечно, Дима… Скучаю по-моему гендиру. После сбора ягод мы идём в дом пить чай с бабушкиными блинами. С пылу с жару, с давленной клубникой с сахаром и деревенской сметаной… М-м-м, вкус детства!

Дед наконец спустил Вениамина с рук и предупредил:

— Вы главное Вене сметаны не давайте, а то он с возрастом нежный стал…

— А что так? — интересуюсь я.

— Да устроит потом «тыгыдым» по дому, а в завершение — «газенваген». А нам еще Дашуту в дорогу отправлять — не с «радиационным» же облаком вдогонку!

— Надо переводить Веню на безлактозную диету. Будет кокосовое молоко пить или миндальное, — хохочет Наташка. — Будет кот-хипстер!

— Веня и миндальное молоко? Ну нет! — фыркает дед. — Ему бы мышку или синичку, да потом чтобы похвалили.