Книга Отдай свою страну, страница 88 – Ирина Дегтярева

— Я разорву тебя голыми руками, белый выродок! – неистовствовал парень, пытаясь сомкнуть ладони на горле колумбийца.

Санчес прилагал неимоверные усилия, чтобы не допустить этого. Личную неприязнь к нему питали многие, но в ЦАР, пожалуй, только один человек – Нельсон Гранд – уволенный охранник Джотодии. Поскольку кричал он на санго, это подтвердило подозрения Марио.

Пытаясь придать себе сил, колумбиец зарычал не хуже чем нападавший, выругался сначала по-испански, затем на китуба (покойный Нгие научил его некоторым забавным выражениям), затем начал ругаться на санго, продолжая сопротивляться.

Он прошелся по внешности Нельсона, хотя не мог видеть его в темноте, только заметил блеск белков и потную кожу, когда обвалилась крыша на горевшем домике, выбросив сноп искр в черное небо.

Затем Санчес в тех же выражениях на дикой смеси языков высказался о деловых качествах Гранда, о том, какое он, мягко говоря, барахло как телохранитель. Не забыл помянуть и его родственников… Что еще оставалось Марио, когда здоровенный бугай оседлал его и пытался душить?

Физически Гранд имел очевидное преимущество, но дрогнул… Его изумили языковые познания врага. Но когда колумбиец начал выкрикивать, что он догадывается, почему Нельсон питает такие нежные чувства к Джотодии и почему так предан ему, намекая на нетрадиционную ориентацию телохранителя, Нельсон ослабил хватку, явно изумившись подобным оскорблениям. Однако Санчес не спешил вырываться, тем более руки Гранда все еще оставались у него на шее.

— Ты что, фанатик? – спросил Нельсон. – Только фанатики плели эту чушь про Джотодию и его охранников.

— Фанатик – ты! Тебя Джотодия выгнал, а ты за него как преданный пес мне в горло вцепился. Ему французы, американцы щедро заплатили, он – президент, а вы кто? Вы все кто?! Мусульмане, христиане… Да вы, братцы, разменная монета, низшая раса. Вашу страну разрушат, стравят друг с другом, а вы будете погибать за таких как Джотодия, за их мифические идеи и за то, чтобы Запад и Европа присвоила себе ваши природные богатства. Не было бы… Джотодии, пришел бы кто-то еще, но это хотя бы отсрочило новый виток войны. А так… Ты помешал мне. Ты из всей шоблы, что суетилась тогда вокруг, один лишь только сработал здорово. Да отпусти же ты, черт здоровый. Чего нам делить? Шкуру неубитого Джотодии?

Гранд вдруг заржал и отпустил горло колумбийца.

— Ладно, квиты, – согласился он. – Твои люди меня чуть не прихлопнули в Пуэнт-Нуаре. Вовремя охранникам взятку дал, еле ноги унес. Теперь я тебя прижал.

— А деньги на взятку откуда? – Санчес сел, потирая горло и прислушиваясь. Выстрелы больше не раздавались. Марио понадеялся, что его люди справились с бойцами «Селеки», которых привлек Гранд, чтобы напасть на лагерь. – Тебя, небось, сразу обчистили при задержании.

— У меня тайник в машине был. Я посулил им, если освободят… Ну что, разойдемся с миром?

— Зачем расходиться? Я так понимаю, ты без работы, а мне нужны инструкторы.

— Армию готовишь? Тебе-то зачем? Ты француз?

— Колумбиец, – Санчес встал, отряхиваясь, подобрал автомат. – А ты мусульманин?

— Нет. Джотодии был нужен спец – начальник охраны и в тот момент его не волновала моя религиозная принадлежность. Теперь дело другое… Теперь глотки друг другу будут рвать из-за веры… А как же твои парни отнесутся? Те, с кем я пришел, наверняка положили кого-то из твоих, а сами разбежались, едва получили отпор, трусливые свиньи.