Книга Все, что мы не завершили, страница 106 – Ребекка Яррос

— Спасибо, что согласилась встретиться.

Когда-нибудь я привыкну к тому, что эти глаза сбивают меня с ног, но сегодня явно не тот день. Джорджия собрала волосы в высокий узел, обнажив длинную точеную шею. Мне сразу же захотелось провести губами по этой шее, а потом… Отставить.

— Нет проблем, проходи. — Она отступила от двери, и я вошел в дом.

— Это тебе. — Я протянул ей обернутый в марлю корневой ком, чтобы она не укололась о шипы на стеблях. — Это английская чайная роза с метким названием «Алый рыцарь Скарлетт». Я подумал, она будет прекрасно смотреться у тебя в саду.

Возможно, это был самый нелепый подарок из всех, которые я дарил, но я выбрал его потому, что не сомневался: эту женщину не тронет никакая бархатная коробочка от лучших ювелиров страны.

— О! Спасибо. — Джорджия улыбнулась, искренне и по-настоящему, и осмотрела растение оценивающим взглядом опытного садовода. Я хорошо знал этот взгляд. У моей мамы точно такой же. — Какая прелесть.

— Всегда пожалуйста. — Я покосился на стол у двери и оглядел вазу. Края стеклянной волны имели такую же пенистую текстуру, как и у дерева в Нью-Йорке. — Ты сама ее сделала, да?

Внимание Джорджии переключилось с розового куста на вазу.

— Да. Сразу по возвращении из Мурано. Я провела там все лето в качестве подмастерья после первого курса.

— Она потрясающая.

Как мог художник, способный создать такую красоту, просто взять и все бросить? И что за мужчина женился на женщине с подобным огнем в сердце, а потом планомерно его гасил?

— Спасибо. Я люблю эту вазу. — Ее взгляд стал мечтательным и тоскливым.

— Ты скучаешь по своему творчеству? По стеклянной скульптуре?

Джорджия кивнула.

— В последнее время — да. Я нашла идеальное место для студии, но не знаю, смогу ли отбить затраты.

— Мне кажется, сможешь. Уверен, у тебя не будет отбоя от покупателей. Черт, да я сам стал бы первым клиентом.

Джорджия посмотрела мне прямо в глаза, и я вновь ощутил то влечение, которое не давало мне спать по ночам, потому что я думал о ней.

— Надо высадить розы в теплице.

— Я пойду с тобой, — предложил я, сглотнув комок нервов, который встал в горле, словно мне снова шестнадцать.

— Хорошо.

Она провела меня через кухню. Мы вышли из дома через заднюю дверь, но вместо того, чтобы направиться прямиком в сад, повернули налево и зашагали к оранжерее на другой стороне внутреннего двора.

Стоило только войти в стеклянный павильон, как меня окатило волной жаркой влажности, почти пробудившей тоску по дому. Размеры и разнообразие цветов в этой оранжерее поистине впечатляли. Пол был вымощен камнем, заросшим мхом, а в самом центре располагался небольшой фонтан, и журчание воды заглушало все звуки снаружи.

— Ты сама здесь все обустроила? — спросил я.

Джорджия отнесла розовый куст к скамейке с горшками, фыркнула и покачала головой.

— Боже, конечно нет. Я более-менее разбираюсь в растениях, но настоящей садовницей была прабабушка. Я наняла профессионального садовника пять лет назад, когда ей самой стало уже тяжеловато справляться.

— В девяносто пять лет, — добавил я.

— Ты бы слышал, как она ругалась. — Улыбка Джорджии была мимолетной, но подействовала на меня как тиски, сжавшие сердце. — Она так на меня разозлилась. Сказала, мол, я сделала совершенно необоснованные выводы о ее здоровье. Я возразила, что просто освобождаю ей время, которое она тратит на поливку.