Книга Все, что мы не завершили, страница 146 – Ребекка Яррос

Я остановилась у зеркала, поправила свою ведьминскую шляпу и увидела в отражении открытую дверь кабинета и Ноя, склонившегося над ноутбуком за бабушкиным столом. Боже, этот мужчина умудрялся выглядеть сексуально, даже когда просто стучал по клавишам. Он закатал рукава выше локтей, его пальцы летали по клавиатуре, брови сосредоточенно хмурились.

— Джорджия? — напомнила о себе Хелен.

— Все продвигается.

Это было гораздо больше, чем я могла бы сказать о себе, потому что я честно старалась держаться подальше от писателя, практически поселившегося у меня в доме. Не было дня, чтобы я не вспоминала о том почти состоявшемся поцелуе. Не было дня, чтобы я не думала забраться к нему на колени и все-таки воплотить в жизнь хотя бы одну из моих эротических грез с участием Ноя. Дверной звонок прозвенел в миллионный раз за этот вечер.

— Хелен, мне нужно бежать. Сегодня здесь сумасшедший дом.

— Веселого Хеллоуина!

Я убрала телефон в карман, распахнула входную дверь и широко улыбнулась детишкам. Хеллоуин — лучший праздник. На одну ночь можно стать кем угодно и чем угодно. Ведьмой, охотником за привидениями, принцессой, космонавтом, Черным рыцарем из «Монти Пайтона». Нет предела фантазии.

— Сласти или напасти! — произнесли в один голос мальчик и девочка.

Сопровождавшие их родители стояли чуть поодаль. Снег и метели на Хеллоуин — обычное дело в Поплар-Гроув.

— Это кто у нас тут? — Я присела на корточки. — Пожарный и…

О боже, я такая дремучая. Чей это костюм?

— Рэйвен^[6]! — с энтузиазмом ответил мальчик; его звонкий голос звучал приглушенно из-за плотного шарфа, неловко заправленного под капюшон.

— Точно! — Я выдала им обоим по батончику «Сникерс».

— Ого, отличный скин Рэйвен! — произнес Ной у меня за спиной, и от одного его голоса у меня по спине прошла сладкая дрожь. Конечно, он знал.

— Спасибо! — Мальчик помахал нам рукой.

— Спасибо! — добавила его сестра.

Детишки помчались к родителям, и все вместе они пошли прочь, оставляя четыре дорожки следов на свежевыпавшем снегу.

— Я не думал, что здесь будет такой аншлаг. Все-таки дом на окраине, почти за городом, — сказал Ной, когда я закрыла дверь.

— Прабабушка всегда раздавала на Хеллоуин батончики «Сникерс». Можно сказать, приманила народ. — Я положила конфеты на стол и повернулась к нему. — Как работа?

— На сегодня закончил. — Он приподнял край моей шляпы и посмотрел мне прямо в глаза. — А что у тебя? Чувствуешь себя крутой после целого дня в мастерской? Потому что ты очень крутая.

— Может быть, совсем чуть-чуть. — Я невольно улыбнулась. Я действительно обустраивала свою студию. — Сегодня я заказала плавильную печь и печь для отжига. Над какой концовкой ты сейчас работаешь? — спросила я, очень надеясь, что мои щеки не вспыхнут румянцем, а жар, разливавшийся во всем теле, не будет заметен снаружи.

Не то чтобы это имело значение. Пристальный взгляд карих глаз Ноя Морелли красноречивее всяких слов говорил, что он прекрасно осведомлен, какое воздействие оказывает на меня его присутствие. Я распознала в нем то же влечение, ту же потребность: от его обжигающе горячих взглядов до невинных, как будто случайных прикосновений, что опаляли мне кожу и заставляли жаждать большего.

— Над моей, — ответил он с беззастенчивой ухмылкой.