Книга Все, что мы не завершили, страница 155 – Ребекка Яррос

— А как же любовь? — поддразнила Констанс, снова усевшись за стол.

— И любовь тоже. — Скарлетт пожала плечами. — Но, может быть, самое главное — это богатство возможностей. Скрытый потенциал. Знать, что жизнь твоих персонажей полностью в твоей власти, и ты как писатель можешь создать для них абсолютно любую судьбу… Это слегка опьяняет, честное слово. Каждый раз, когда я вставляю в машинку чистый лист бумаги, я испытываю настоящий восторг. Как первый поцелуй первой любви.

Констанс покосилась на свое помолвочное кольцо и быстро убрала руку под стол.

— Значит, тебе больше нравится сам процесс, чем результат?

— Да, наверное. — Скарлетт потерла место под ребрами, где ребенок с особенным упорством испытывал на прочность границы ее тела. — Я не знаю, кто это будет, мальчик или девочка. Мне кажется, мальчик, хотя я не могу объяснить почему. Я представляю себе малыша с глазами Джеймсона и его озорной улыбкой. Но представляю и девочку с нашими голубыми глазами. Сейчас я влюблена в них обоих и наслаждаюсь, мечтая о том и о другом. Через несколько дней… по крайней мере, я очень надеюсь, что через несколько дней, иначе я просто взорвусь… я узнаю наверняка.

— Но ты не хочешь знать? — Констанс выгнула бровь.

— Конечно, я хочу знать. Я буду всем сердцем любить своего сына или свою дочь. Уже люблю. Но, хотя я рассматриваю обе возможности, только одна из них воплотится в реальности. Как только ребенок родится, эта часть истории будет завершена. Один из сценариев, которые я представляла себе последние полгода, не сбудется. Это не значит, что меня не порадует результат, но правда в том, что, как только история заканчивается, прочие возможности исчезают. Она такая, какая есть, и никогда не станет другой.

— Поэтому проявляй доброту к своим персонажам и создавай для них только счастливые финалы, — сказала Констанс. — Это лучше, чем то, что может с ними произойти в реальном мире.

Скарлетт уставилась на шляпную коробку.

— Может быть, самое доброе, что можно сделать для персонажей, — это оставить их истории незавершенными. Пусть у них будут возможности, много возможностей. Даже если они существуют только в моем воображении.

— Не вскрывать конверт, не читать письмо, — тихо проговорила Констанс.

— Да, именно так.

Констанс улыбнулась пронзительно грустной улыбкой.

— И в этом воображаемом мире Эдвард получил увольнительную и тайком едет в Киртон-Линдси повидаться со мной.

Скарлетт кивнула, и ее сердце сжалось от боли за сестру.

Засвистел чайник, и Констанс поднялась из-за стола.

— Но тогда тебя точно не опубликуют, — сказала она с вымученной улыбкой. — Читателям нужны книги, где есть финал.

— Я как-то не думала о публикации.

У Скарлетт перехватило дыхание. Боль в пояснице вспыхнула с новой силой и теперь захватила еще и живот.

— А стоит подумать. Мне всегда нравилось слушать твои истории. Мне кажется, они понравятся и другим тоже.

Пока Констанс заваривала чай, Скарлетт ерзала на стуле, стараясь усесться поудобнее.

— Пойдем в гостиную. Я сяду в кресло, мне будет помягче.

— Да, конечно.

Скарлетт с трудом поднялась на ноги. Боль слегка отпустила, и ей удалось сделать нормальный вдох.

— Скарлетт? — встревоженно спросила Констанс, беря в руки поднос.

— Все нормально. Спина чуть затекла.