Книга Фредерика, страница 109 – Джорджетт Хейер

— Я и не утверждаю, что у него ума палата, – согласился Харри. – Но, черт возьми, Фредди, у Кэрис в голове немногим больше!

Фредерика не могла это отрицать, но заметила:

— Тем более ей следует выйти замуж за толкового мужчину! Пожалуйста, Харри, не поощряй ее в этом глупом увлечении! Ты ведь знаешь Кэрис! Возможно, она ослеплена его внешностью – он действительно очень красивый молодой человек и к тому же появился перед ней при всем параде, – но если она какое-то время не будет с ним видеться, то начисто о нем забудет! Неужели ты серьезно желаешь своей сестре брака с пустоголовым ничтожеством, не имеющим ни состояния, ни перспектив?

— Я бы так не сказал, – возразил Харри. – Он ведь наследник Элверстоука, не так ли?

— Да, в настоящее время. Но что будет, когда Элверстоук женится и заимеет сыновей?

— Не думаю, что это возможно, – покачал головой Харри. – Он ведь уже достаточно стар, верно?

— Стар?! – воскликнула Фредерика. – Если ты считаешь стариком тридцатисемилетнего мужчину, значит, ты еще глупее, чем я думала! Он сейчас в самом расцвете лет!

— Ну, во всяком случае, далеко не первой молодости, – сказал Харри, несколько озадаченный ее реакцией. – Я вообще думал, что Элверстоук – убежденный холостяк. Должно быть, за него все эти годы дерутся сотни женщин!

— Весьма вероятно, – равнодушно ответила Фредерика и сразу же сменила тему, спросив, не кажется ли ему, что мистер Нейвенби, обладающий всеми преимуществами происхождения, состояния и воспитания, был бы идеальным мужем для Кэрис.

К несчастью, Харри был невысокого мнения об этом кандидате. Не стремясь стать фигурой в мире моды, он относился с презрением даже к такой умеренной склонности к дендизму, какая была у мистера Нейвенби.

— Этот щеголь? – воскликнул Харри. – Надеюсь, Кэрис хватит здравого смысла не выходить за него! Да Донтри стоит дюжины таких, как он!

Прекрасно зная о тщетности попыток убедить брата, что пристрастие к спорту – не самое желательное качество для мужа, Фредерика промолчала. Ее сдержанность помогла Харри почувствовать, что он выполнил свое обязательство перед Кэрис и может теперь с чистой совестью обратить внимание на более важные дела.

Главным среди них была настоятельная необходимость представить карточку Элверстоука в доме 13 на Бонд-стрит, где Джон Джексон уже многие годы давал уроки искусства самозащиты. Харри еще не родился, когда Джексон в последнем из трех своих публичных матчей победил великого Мендосу за десять с половиной минут, однако, подобно каждому молодому любителю (а тем более профессионалу), мог описать во всех подробностях каждый раунд этой и двух предыдущих схваток. Был он осведомлен и об уникальном положении, занимаемом боксером, чьи приятные манеры и высокий интеллект заработали ему прозвище Джентльмен. Любой после уплаты гонорара мог получить урок на Бонд-стрит, 13, но отнюдь не каждый мог надеяться на внимание самого Джентльмена Джексона, на которое рассчитывал Харри, вооруженный карточкой Элверстоука. Если он питал какие-то сомнения относительно ценности этого талисмана, то их развеяло почтение, с которым обследовал карточку его умудренный знаниями друг, мистер Пеплоу. Элверстоук, как сообщил приятелю мистер Пеплоу, пользовался среди любителей репутацией опытного боксера, преуспевая и в других видах спорта. Кроме того, он превосходно играл на скрипке и одевался с неподражаемой элегантностью, хотя и придерживаясь собственного неброского стиля, чуждого последним крикам моды.