Книга Фредерика, страница 156 – Джорджетт Хейер

Маркиз прекрасно понимал, что Фредерика сейчас не думает ни о ком, кроме своего невыносимого братца, и это его забавляло. Элверстоуку нравился Феликс, но было бы наивным полагать, что ему также нравилось ухаживать за ним, и, если бы он против собственной воли не влюбился в его сестру, ему бы и в голову не пришло взваливать на себя столь хлопотную обязанность. Однако маркиз оставался в Хартфордшире не из желания понравиться Фредерике – он думал лишь о том, что она в трудном положении, и старался по возможности его облегчить. Маркиз велел Чарлзу Тревору отменить все намеченные на ближайшее время мероприятия если не без некоторого сожаления, то, во всяком случае, без колебания. Конечно, жаль, что друзья по жокей-клубу тщетно будут ждать его на скачках в Эскоте, но тут ничего не поделаешь. У него была скаковая лошадь, но ему не доставило бы удовольствия лицезреть ее победу, зная, что Фредерика в беде и нуждается в помощи.

Таким образом маркиз, редко делавший усилия ради кого бы то ни было и посвящавший досуг исключительно праздным развлечениям, вступил в самый трудный период своей жизни. Ему пришлось остановиться в скромной и старомодной гостинице, просиживать часами у постели больного мальчика, а так как его прибытие на ферму служило для Фредерики сигналом ложиться отдыхать, разговоры между ними были предельно краткими и касались исключительно их пациента. В последующие годы маркиз часто говорил, что не может без содрогания вспомнить о своих страданиях, но тогда у него не вырывалось ни слова жалобы и он ни разу не терял самообладания.

Джессами прибыл на следующий день. Он собирался идти пешком из Уотфорда через поле, но Элверстоук послал Карри с фаэтоном встретить почтовую карету, избавив его от этого похода, что было к лучшему, так как Джессами, помимо дорожной сумки, привез с собой большой чемодан с книгами. Он объяснил маркизу, дежурившему у постели больного, что среди книг, помимо необходимых для его занятий, есть и те, которые можно читать вслух Феликсу.

— Это я уж точно в состоянии делать, – сказал Джессами. – Он любит, когда ему читают вслух во время болезни, поэтому я принес его любимые книги, а также «Уэйверли»^[9]. Мне напомнил об этой книге Харри – я совсем забыл, что, когда Фредерика читала нам ее по вечерам, Феликс уже спал, так как был слишком маленьким. Но теперь она ему понравится, не так ли, сэр?

— Не сомневаюсь, но боюсь, не сейчас.

Лицо Джессами омрачилось.

— Да, Карри рассказал мне. Спасибо, что прислали его встретить меня, кузен! Карри говорит, что у Феликса ревматическая лихорадка и сильные боли. Как вы думаете, сэр, он не… умрет?

— Конечно нет, но Феликс в тяжелом состоянии, и ему может стать еще хуже, прежде чем он начнет поправляться. Сейчас Феликс дремлет, но он редко спит подолгу, поэтому я должен вернуться к нему в комнату. Если хочешь, пойдем со мной – ты не побеспокоишь его, если будешь говорить тихо.

— Да, сэр, – кивнул Джессами. – Я бы хотел повидать его.

— Только не удивляйся, если Феликс не узнает тебя, когда проснется, – он часто бывает не в себе.

К счастью, когда Джессами, потрясенный видом брата, сел у окна, чтобы справиться с эмоциями, Феликс узнал его.

— Мне жарко, и я хочу пить! – капризным тоном сказал он. – Фредерика!