Книга Фредерика, страница 17 – Джорджетт Хейер

Элверстоук поднял брови.

— Что заставило вас думать, будто я одобряю современные манеры?

— Ничего. Я ведь ничего о вас не знаю, но вижу, что вы – светский человек. Или мне это кажется?

— Благодарю вас. Надеюсь, вы правы. Я… э-э… стараюсь быть таковым.

— И что еще важнее, вы вращаетесь в высших кругах. Вот третья причина, по которой я вас выбрала, – закончила девушка с дружеской улыбкой.

— Вот как? С какой же целью? Или я могу догадаться?

— Думаю, что можете, так как вы отнюдь не выглядите глупым, хотя, должна признаться, я думала, что вы постарше. Жаль, но ничего не поделаешь. Надеюсь, вы достаточно стары, чтобы оказаться полезным.

— Мне тридцать семь лет, мэм, – недовольным тоном произнес Элверстоук, – и, вероятно, я должен предупредить вас, что никогда никому не был полезен.

Девушка изумленно уставилась на него:

— Никогда? Но почему?

Он пожал плечами:

— Из чистого эгоизма, мэм, вкупе с отвращением к скуке.

В ее глазах мелькнуло беспокойство.

— А вам было бы очень скучно представить меня леди Элверстоук и спросить, не будет ли она так любезна оказать мне помощь?

— Возможно, не было бы, но этот вопрос отпадает – моя мать умерла много лет назад.

— Нет-нет, я имела в виду вашу жену.

— Я не женат.

— Не женаты? – воскликнула она. – О, какая досада!

— Нелюбезно с моей стороны? – сочувственно осведомился маркиз.

— Ну, не то чтобы нелюбезно, так как вы не могли знать, что мне бы хотелось обратного, – великодушно промолвила мисс Мерривилл.

— Очевидно, – с сардонической усмешкой заметил Элверстоук, – если бы я это знал, то вы бы рассчитывали, что я исправлю свою оплошность.

Девушка густо покраснела.

— Пожалуйста, не обижайтесь! – взмолилась она. – Я не собиралась быть настолько навязчивой, и вообще, думаю, мы сможем обойтись без вашей жены, если подумаем как следует.

— Мы?

Голос его звучал высокомерно, но рот невольно кривился в усмешке, а глаза весело поблескивали под лениво полуопущенными веками. Эти признаки не остались незамеченными мисс Мерривилл, которая вздохнула с облегчением.

— Слава богу! – с обезоруживающей откровенностью сказала она. – Я подумала, что вывела вас из себя. И если бы так случилось, я бы не могла вас винить, так как сама все запутала. Мне казалось, что если я встречусь с вами, то смогу легко объяснить все обстоятельства.

— Ну и каковы же эти обстоятельства, мэм?

Несколько секунд девушка молчала, но, судя по выражению ее лица, не от смущения, а обдумывая, как ей лучше все объяснить.

— Полагаю, они возникли в результате кончины моего отца год назад. Не то чтобы я не думала об этом раньше, но, когда он был жив, мне казалось, что я ничего не могу сделать.

— Мне очень жаль, что ваш отец умер, – прервал Элверстоук, – но я должен сообщить вам, что мое знакомство с ним было крайне поверхностным. Что до нашего родства, то оно проистекает по линии семьи моей бабушки и, насколько я помню, является таким отдаленным, что о нем не стоит и говорить.

— Но папа обычно упоминал о вас как о своем кузене, – возразила девушка. Так как маркиз никак это не прокомментировал, она добавила: – К тому же я видела ваше имя на родословном древе в большой Библии у нас дома.

— Но оно, безусловно, находится на противоположном конце от вашего, – охладил маркиз ее пыл.