Книга Фредерика, страница 72 – Джорджетт Хейер

— Да, но ведь Хлоя с Ренторпом! – возразил он.

— А он не пожелает к нам присоединиться? – простодушно спросила Кэрис. – Ваша мама представила его мне, и он был очень любезен, хотя страшно огорчился, когда я сказала ему, что не могу с ним танцевать. Ваша мама сказала, что он ваш друг, не так ли?

— Да, конечно! Ренторп – отличный парень! – ответил Эндимион. – Я просто подумал, что это вам может не понравиться, – у нас, так сказать, семейная группа, а он не член семьи…

Но решение вопроса присвоил «отличный парень», который в этот момент подошел к ним под руку с Хлоей, одержимый той же счастливой идеей формирования уютной маленькой группы для ужина. Его горячо поддержала Хлоя, испытывавшая детское восхищение красавицей кузиной и робко надеявшаяся попасть в число ее друзей. Тщетно Эндимион пытался говорить о «семейных группах»; его беспечный друг весело заявил, что семьи всегда ссорятся, если среди них не оказывается посторонний. Поэтому Эндимиону ничего не оставалось, как только найти Фредерику и своего кузена Грегори и пригласить их присоединиться к ним за ужином.

— Поторопись, Простофиля, – подгонял его вероломный друг, – а то нам не хватит пирожков с омарами!

Леди Бакстид опасалась, что на балу не будет хватать публики, так как о нем оповестили за короткое время до назначенной даты и к тому же перед самым разгаром многочисленных увеселений сезона. Спустившись к ужину, она поняла, что ни один из предстоящих балов и приемов не сможет превзойти этот по великолепию, и теперь разрывалась между гордостью и возмущением. Ее никчемному братцу стоило пошевелить пальцем, и весь высший свет устремился к нему в дом, как он и предсказывал. Естественно, ее милость также этого хотела, тем не менее она была взбешена, считая, что Элверстоуку пошло бы на пользу столкнуться несколько раз с сокрушительным провалом своих затей. Разумеется, маркиз обеспечил ей возможность ввести Джейн в высшие сферы, но это не являлось его целью: маркиз хотел ввести в упомянутые сферы девиц Мерривилл и сделал это. Уже не менее полудюжины дам умоляли леди Бакстид привести на их приемы своих очаровательных протеже – своих, как бы не так! – а в довершение всего Салли Джерси пообещала им приглашения в Олмакс и имела наглость попросить ее – ее! – привести их в зал ассамблеи!

— Конечно, и твою дочь тоже. Кажется, ее зовут Джейн, не так ли? – добавила леди Джерси с любезностью, вызвавшей у леди Бакстид желание дать ей пощечину. – Я пришлю ей приглашение, а если забуду, напомни мне, Луиза! Ты ведь знаешь, какая у меня скверная память!

Когда леди Бакстид вспоминала дерзкую маленькую школьницу Салли Фейн, которой она неоднократно делала заслуженные выговоры, деликатесы, приготовленные французским поваром ее брата, превращались у нее во рту в пепел. В эти минуты ничего не могло порадовать ее больше, чем возможность дать Салли еще одну взбучку. Но какой бы гнев ни бушевал в душе леди Бакстид, она понимала, что ни одна мать с дочерью на выданье не может пренебрегать покровительством леди Джерси – признанной королевы самого избранного лондонского клуба, именуемого недоброжелателями «брачным рынком». Леди Бакстид лишилась аппетита, но чувствовала себя обязанной принять предложение Салли и улыбнулась ей столь же сладко и фальшиво.