Книга Ставка на невинность, страница 29 – Анастасия Сумеркина

Мы ехали молча. Я смотрел на дорогу, краем глаза видел её профиль. Она кусала губы, сжимала руки в кулаки.

— Игорь, — сказала она вдруг.

— Что?

— Спасибо. За всё. За то, что помог Ване. Даже за этот... твой странный способ заботиться.

Я промолчал. Не знал, что ответить.

Мы подъехали к моему дому. Не к казино — к настоящему дому, где я жил. Квартира в сталинке в центре, с видом на город. Я никогда не приводил сюда женщин.

— Заходи, — сказал я, открывая дверь.

Она вошла, огляделась. В глазах — удивление, восхищение, страх.

Паркет блестел, как зеркало. На стене висело огромное зеркало в резной раме, в нём отражалась она — маленькая, испуганная, в своём старом пальто, которое сменила дома. Рядом стоял я — высокий, уверенный, хозяин этой роскоши.

— Проходи, — сказал я, снимая куртку.

Она сделала шаг, потом другой. Гостиная была огромной — диван, кресла, журнальный столик на резных ножках, книжные шкафы до потолка. На стенах — картины в тяжёлых рамах, не репродукции, настоящие масляные. Она разглядывала их будто музейные экспонаты, потом повернула голову, глаза были огромными, и спросила:

— Ты здесь живёшь? Один?

— Один.

— И тебе не страшно?

— Страшно? — Я рассмеялся. — Чего мне бояться?

— Одиночества.

Я замер.

Она смотрела на меня серьёзно, без тени насмешки.

— Ты боишься одиночества, Игорь. Поэтому и придумал эту сделку. Чтобы кто-то был рядом. Даже за деньги.

Я хотел возразить, но не мог. Потому что она была права.

— Иди в свою комнату, — сказал я глухо. — Завтра познакомлю тебя с врачами брата.

Она кивнула и ушла.

А я остался в гостиной, глядя на ночной город, и думал о том, что эта девчонка видит меня насквозь.

И почему-то это не пугало.

Месяц пролетел как один день.

Я не заметила, как он прошёл. Может, потому что я была счастлива. Впервые в жизни — по-настоящему счастлива.

Всё началось с того, что Игорь сдержал слово. На следующее утро после нашего разговора он отвёз меня в лучшую клинику города. Там, в отдельной палате, лежал Ваня. Бледный, но улыбающийся. Рядом сидела мать — тоже какая-то другая, посвежевшая, с блеском в глазах.

— Алина! — Ваня протянул ко мне руки. — Мне сказали, через неделю еще одна операция! Самые лучшие врачи! Всё бесплатно!

— Не бесплатно, — улыбнулась я, обнимая его. — Я работаю.

— Твой жених? — Мать смотрела на меня с надеждой. — Он такой... такой... кто он?

— Просто хороший человек, мам. — Я поцеловала её в щёку. — Не задавай вопросов.

Она кивнула. В её глазах я видела — она догадывается. Но молчит. Потому что Ваня жив. Потому что у нас есть надежда.

После клиники мы поехали обратно. Игорь молчал всю дорогу, только иногда бросал на меня быстрые взгляды.

— Спасибо, — сказала я, когда мы вошли в квартиру.

— Ты уже говорила.

— Я ещё раз говорю.

Он остановился, повернулся ко мне.

— Алина. Я делаю это не из благотворительности. Ты знаешь условия.

— Знаю. — Я смотрела ему в глаза. — Но это не отменяет благодарности.

Он хотел что-то сказать, но передумал. Прошёл в гостиную, сел на диван.

— Иди отдыхай. Завтра тяжёлый день.

Я кивнула и ушла в свою комнату.

Но уснуть не могла.

Думала о нём. О его глазах, которые иногда становились тёплыми. О его руках, которые однажды уже касались меня. О его словах про одиночество.