Книга Измена. Я умею быть сильной, страница 99 – Марта Заозерная

Москва, похоже, была неплохим вариантом.

* * *

До загородного дома Ореховых добираюсь долго. Мне «везет» словить по пути несколько крупных аварий и пробок, образовавшихся из-за них.

— Вика, не пойми меня неправильно, но я не понимаю, зачем ты приехала, – начинает хозяйка дома с порога. – Мы уже всё рассказали по несколько раз каждому из ваших…

Я не ждала, что меня встретят с распростертыми объятиями – повод не располагает, но это ведь в её интересах, как матери, сделать всё, чтобы ребенка нашли.

— Значит, повторишь ещё раз, – включаю рабочий тон.

— Пинаете дело от одного к другому… Месяц прошел…

Слушая её слова, ощущаю новый прилив раздражения. Не меньший, чем при встрече с Аллой. Перед тем как приехать, я ознакомилась с материалами дела. Не удивительно, что следствие не дало результатов. Ровным счетом родители ничего не сообщили на опросе. Они словно не знали, в чем была одета их дочь, когда выходила из дома, не знали, куда она собиралась. Даже имен друзей не сообщили. Полное равнодушие.

— Я его только сегодня в руки впервые взяла.

— Всем плевать!

Да, и, похоже, тебе в первую очередь.

— Расскажи мне всё о том дне, когда Ксюша пропала, – прошу её предельно корректно.

Это та самая причина, по которой работать со знакомыми противопоказано. Надавить тяжелее.

Проводив меня в гостиную, Инна садится напротив и принимается перечислять, чем она занималась в тот день: проснулась, приняла душ, позавтракала, поехала в фитнес-центр…

Фоном воспринимаю её болтовню.

— Инна, про Ксюшу мне расскажи. Что она делала в этот день, куда собиралась?

— Вика, не знаю я, куда она уехала! – уже раздраженно выдает. – Ей ведь шестнадцать уже! Сама понимаешь, – смотрит на меня многозначительно. – Самостоятельная! Мать ставить в известность незачем.

Намекает на то, что Ева с Максом осталась? Так я даже сейчас знаю, где мой ребенок! Программу слежения установила и на новый её телефон, и плевать, что она живет с отцом.

На пустой допрос у нас уходит почти что час. Информации никакой, только нервы истерзаны. Я пугаюсь того равнодушия, которое исходит от Инны.

— Мне нужны записи с камер наблюдения, установленных по периметру вашего дома.

— Они хранятся всего две недели.

— И вы их моим коллегам не передавали?

— Никто не просил.

Опустив голову, я медленно выдыхаю. Терпение меня подводит.

— Тогда я поговорю с охраной, – поднимаюсь на ноги. – У тебя есть номера телефонов тех, кто был на смене в тот день?

Без особого энтузиазма она диктует мне номера.

Перед уходом прошу показать последние фото ребенка, все что есть, чем заметно её напрягаю.

Промямлив «хорошо», Инна идет за семейным альбомом.

Ромку, конечно, стоит отругать за такую халатность. Такую расхлябанность даже на загруженность не списать.

— Вика, подожди, – окликает меня Инна, когда я, попрощавшись, спускаюсь по ступеням с высокого крыльца.

— К нам сегодня на ужин должен Макс заглянуть, может, останешься?

— Ты до сих пор здесь? Я думал, уехала к Ореховым, – Рома заглядывает ко мне в кабинет.

— Уже вернулась, – отзываюсь, не отрывая взгляда от фотографий пропавшей девочки, разложенных у меня на столе. – Диалога не сложилась, не стала у них задерживаться.

Перспектива встречи с бывшим мужем меня ожидаемо не впечатлила. Надеюсь, когда-нибудь мое желание его придушить сойдет на нет, и я перестану бегать от него как черт от ладана. А пока… Стоит заняться работой.