Книга Загадаю тебя, страница 42 – Мария Летова, Анна Белинская

— Познакомься! Это был мой брат….

31 декабря

Прежде чем войти в кухню, пониже спускаю резинку пижамных штанов, открывая панорамный вид на косые мышцы своего живота.

Вот так рисоваться - отличный способ ненадолго отключить Капустиной мозги, и я пользуюсь этим без какой-либо совести, потому что окончательно перестал строить из себя хорошего мальчика.

В последние сутки рядом с Капустиной я могу изображать только себя самого, и она это уже поняла.

Таня кружит над кофемашиной в ожидании, когда та нальет ей кофе. Чашка наполняется через секунду. Схватив её, делает жадный глоток и оборачивается, когда я вхожу на кухню.

Я хлопаю ящиком, ища кружку и для себя тоже.

— Можешь допить мой…. — говорит она суетливо. — Я все равно не успеваю. Мне уже надо идти…

Таня демонстративно смотрит на часы. Поправляет свитер. Оттягивает его вниз, прикрывая виднеющийся между ним и краем джинсов пупок. Как раз то место, на которое я демонстративно смотрю, любуясь, твою мать.

Мои спина и плечи в красных царапинах. Кроме штанов и узоров, оставленных ее ногтями, на мне ничего нет, Капустина же успела полностью одеться и застегнуться на все пуговицы, и это вызывает внутри бурлящий протест.

С ней мне хочется продвигаться вперед семимильными шагами, возможно, перепрыгивать через несколько этапов отношений сразу, но она тормозит меня на каждом шагу, выставляя преграды. Она осталась на ночь, но не собирается оставаться на завтрак, хотя я прекрасно вижу, как она борется сама с собой.

— Я буду готов через пять минут, — говорю ей.

— Я могу и сама…

— Я не сомневаюсь, что ты все можешь сама, — обрываю. — Но я бы хотел побыть мужчиной, и за тобой поухаживать.

— Я видела, как по-мужски ты умеешь себя вести, — слышу в ответ.

Слегка закипаю.

— Какие-то претензии? Я думал, любая женщина мечтает, чтобы за нее дрались.

— Может, в каменном веке?

— По-моему, ты была в восторге, — констатирую я. — Или нет?

То, что происходило в моей койке этой ночью иначе, как каменным веком, не назвать! Это был первобытный трах. Без мозгов и оглядки на соседей, и крышу нам снесло обоим.

Она кусает губы и медлит. В конечном итоге её щеки окрашивает румянец, и вместо ответа она делает резкий глоток из кружки.

— Буду готов через пять минут, — повторяю, уходя из кухни.

Вчера мы провели потрясающий вечер в пабе. В компании общих друзей, в том числе её подруги и Зотова. Возможно, вчера я высосал из неё всё сопротивление, пока спускал накопившуюся злость через глубокий и влажный контакт наших губ, но я за весь вечер не получил ни одного возражения. Ни когда вез нас в паб, ни когда вез её к себе домой после…

На часах девять утра, и я отвезу ее домой. В одиннадцать она с родителями отправляется в соседний город, чтобы встретить Новый год с родственниками.

Она не соврала. И правда уезжает. Давно запланированная поездка. Капустина ещё в октябре пообещала родителям, что отвезет их, так что…

В перспективе у меня самого - либо встретить Новый год в одиночестве, ведь планов у меня ноль, либо отправиться к своим родителям.

Я растягиваю время в пути, выбирая более длинный маршрут до Таниного дома. Как назло, даже не стараясь продвигаться по городу быстро, в итоге попадаю в один зеленый коридор за другим. Если Капустина и понимает суть моих пируэтов на дороге, не комментирует.