Книга Хочу свести тебя с ума, страница 85 – Анна Белинская, Ана Сакру

Пятимся к кровати.

— Моя…там… сумка…– задыхаясь, бессвязно шепчет Лина, зарываясь пальчиками мне в волосы на затылке и подставляя шею для поцелуев.

— Ага…понял… – хриплю и сваливаю нас на кровать. Глава 35.

Паулина

Наверное, второй коктейль был лишним, или это эйфория после выхода на сцену на меня до сих пор так действует, когда с Пашей падаем на кровать. Спина касается покрывала, а ощущение, будто продолжаю лететь куда-то в пропасть. Захватывает дух, кружит… И нет никакого страха, только будоражащий восторг. Потому что Паша целует так откровенно и жадно, держит так крепко, нависая сверху и устраиваясь бедрами между моих разведенных ног, что мозг напрочь отключается.

Возможно, я должна стесняться. Может, даже обязана его остановить! Но вместо этого льну к мужскому, твердому, горячему телу, как хищная лиана к дереву, понятия не имея, кто кого в этой сладкой схватке хочет поглотить больше.

Я ведь мечтала о нем, он мне снился. А сейчас все происходит наяву. Но это как дурманящий сон. Его язык пошло шарит у меня во рту, шумное влажное дыхание оглушает, крепкие руки лихорадочно лезут под одежду, торопясь ощупать каждый сантиметр, сдирают ткань. И бедра недвусмысленно вдавливаются в мою промежность, давая ощутить то, от чего щеки болезненно горят.

Зарываюсь пальцами в его волосы на затылке, притягиваю Пашину голову к себе ближе, отдаваясь глубокому поцелую, обвиваю ногами его талию.

Мое сердце сейчас выскочит из груди, я хочу в этом утонуть!

Когда Пашка наощупь задирает мою футболку и накрывает пятерней грудь, жалобно всхлипываю ему в губы. Мурашки по коже ползут. Меня никогда не касались так откровенно. Чувствую, как острый сосок упирается ему в ладонь, как он оттягивает вниз кружево белья и несильно сжимает горошинку пальцами. Болезненные искры простреливают низ живота. Выгибаюсь, дернувшись, но тут же расслабляюсь под успокаивающее:

— Тш-ш-ш, Лина-а-а, – Паше тянет пьяно, отрываясь от моих губ, и в следующее мгновение накрывает ртом мою грудь.

Широко распахиваю глаза, вцепившись ему в волосы. Это настолько чувственно, что меня разрывает с одной стороны от желания закрыться, с другой – умолять сделать так еще.

— Тебе никогда не нравилась моя грудь, – улыбаясь, напоминаю ему и шумно выдыхаю, когда Паша всасывает в себя сосок, посылая колкие импульсы по моему кровотоку.

— Я передумал. На вкус – огонь, – усмехнувшись, бормочет он и, приподнявшись на локтях, снова целует меня в губы, толкаясь в рот языком. – Охуенно вкусная девочка. Можно?

— Мхм, – хныча, даю разрешение, сама не зная на что. Плевать! Что бы он сейчас ни сделал, мне понравится все. Потому что это с ним! Потому что это он! – Ааах, – выдыхаю, жмурясь и ощущая его пальцы в самом сокровенному месте.

Лицо жарко вспыхивает. Я вся болезненно вспыхиваю, потому что чувствую, как влажно там, где он гладит меня.

— Паш, Па-аш, – плаксиво шепчу, крепко хватая его запястье.

Надо остановить, да… Но такие бешеные токи гуляют по всему телу, что я могу только дрожать, напрягаясь и… шире развести колени, чтобы ему было удобнее трогать меня.

— Блять…– шипит Волков, чутко улавливая мой посыл – я не сопротивляюсь, я полностью поддаюсь.

Между нами мгновенно что-то меняется. В самом воздухе. Атмосфера будто становится гуще, мешая свободно дышать. Паша отстраняется на секунду, снимая через голову футболку, стягивает верх с меня. С секунду жадно рассматривает мою обнаженную грудь в темноте. От его взгляда на коже, покрывшейся мурашками, будто расцветают ожоги.