Книга Развод. Расплата придет, страница 14 – Иден Хол

— И это точно не ты, Валера. Убирайся!

— Прости… прос… — качает головой, поднимается на колени опять и тут его блуждающий взгляд переходит куда-то за меня. Глаза расширяются с самым натуральным шоком, даже несмотря на крайнюю степень опьянения. Кривится. — Прости-тутка!

И кидает в меня остатки цветов! На лице полнейшее отвращение, будто его сейчас вырвет прямо на придверный коврик.

Я сразу же догадываюсь, как он пришел к такому выводу и кто стоит за моим плечом.

— Выкинуть его, дорогая? — Ребров подхватывает меня легко за талию и прижимает к себе.

— Ты… Ты?! — Курицын тычет в меня, потом в Реброва пальцем, и я вижу на его лице неимоверную боль от предательства.

Ах вот теперь ты почувствовал, что мне пришлось пережить?!

— Шлю-ха! — кричит и едва не падает, даже стоя на коленях.

— Не слушай его, любимая, — говорит Ребров и внезапно целует меня.

Не так я все это себе представляла.

Да и как могла даже вообразить, что выйдет такая сцена.

Валера стоит на коленях с расстегнутыми и сползшими штанами в открытой нараспашку двери, а я в шоке смотрю на лицо Реброва, которое ко мне так близко, что я могу разглядеть небольшие веснушки у него на скулах и закрытые от удовольствия глаза.

Он. Меня. Целует!

Его вторая ладонь на моем затылке, и я даже не могу оторваться от этих горячих чуть суховатых губ. И эти губы чувственно, но напористо берут в плен мои.

А я в полном шоке! И даже не понимаю, как мне вдохнуть!

— Ммм, — мычу в его рот, упираюсь руками в широкую грудь.

Это слишком! Этого не должно было произойти!

Никогда!

Руслан отрывается, медленно поднимает веки, взгляд его темный, плывущий от удовольствия.

— Да как ты мог? — замахиваюсь на него ладонью, чтобы отвесить пощечину, но Ребров ловко ловит ее и целует!

Опять целует!

Только теперь мои пальцы.

— Давно хотел это сделать.

— Ты… вы… Я сей-час! — вопль рядом уже похож на звук подстреленного лося. — Тва-ри!

Валера неимоверным усилием встает на ноги, но тут же теряет равновесие, запутавшись в штанах, сносит все с тумбочки в прихожей и выпадает из квартиры с грохотом и криками.

— Что ты творишь? — отталкиваю Руслана, я не могу думать о муже, когда все еще в объятьях Реброва. Но это возмутительно! За кого он меня принимает!

Еще один чертов самец?!

Пришел и взял, что захотел?!

— Женщина не должна этого видеть, — отпускает меня, — никогда.

В одно движение он уже за дверью и отталкивает ноги Валеры, что еще в проходе с таким брезгливым видом, будто это мусор.

— Не выходи, — закрывает мою входную дверь и задерживается только на мгновение. — Пожалуйста.

Щелкает язычок замка, а я приваливаюсь к стене.

Что-то меня ноги не держат. И лицо горит.

И я не могу понять, что мне с этим всем теперь делать.

Но не выхожу, как он и просил, хоть и слышу шум и возню за дверью. Не настолько громкие, чтобы соседи проснулись и вызвали полицию, но достаточно, чтобы я могла понять, что Ребров не гладит Валеру по голове.

Спустя пару минут я перебарываю себя и смотрю в глазок. На площадке пусто, лишь пара сломанных цветочков с клумбы одиноко валяются на полу.

Ведомая любопытством, иду к окну и смотрю вниз.

Валера лежит на остатках клумбы, свернувшись калачиком, как обычно спит в кровати. Даже руку, согнутую в локте под голову, подложил.